Чернеют алые рубины
Играют розовым огнем,
Алмазы в сумрачной пучине
Дробятся солнечным дождем…
Их блеск и тайный, и могучий
То властно вечность посулит,
То охладит аспидной тучей,
То как дитя заворожит…

Ах, сколько неги и коварства
Таит мерцающий кристалл,
В волшебные чертоги царства
Зовет божественный опал
И плачет нежность сердолика…

И в страсти пылкой и великой,
Рожденной лишь твоей улыбкой,
Забывшись, будто небеса,
Я
целовал
твои
глаза…

Я помню теплую улыбку,
Твои с тревогою глаза,
И кротко, словно небеса,
Слезинки в них дрожали зыбко…

Я помню, как играл у ног,
Ты гладила, стирала, шила,
Как на прощанье говорила:
— Храни тебя Господь, сынок…

Своих годов тугой венок
Не берегла, не врачевала…
Чтоб удавалось все, шептала:
— Храни тебя Господь, сынок…
… показать весь текст …

Меня, хранившие удачей
Дороже злата,
Не умудряли знать иначе:
Жизнь — это плата
За то, что после будет с нами
Мытарств и лени;
Что время — возчик меж мирами,
А возраст — пени…

Дитя, играющее в кости —
Тот, на престоле.
Мы в этом мире только гости,
Да чаша боли…
Скорбей исполненные души,
… показать весь текст …

Хлопья снега, эти остывшие улыбки неба, опускаются словно торжественные ноты, создавая восторженную музыку покоя…

Натура одних даже если молчит, так и то -- матом, а иные лишь взглядом простым своим, лучиками вокруг глаз, могут укрепить в себе отчаявшегося, приободрить унывающего, придать силы поверженному.

Любая лесть — коварный поводырь!
Она — наркоз, усыпляющий интуицию и осмотрительность. По языку ее человек с улыбкой соскальзывает в пропасть.