У каждого человека всего одна жизнь, лимитированы шансы на спасение и единственная подлинная любовь. Оригинал без копипастов. Мы — две параллельные прямые, пересеклись вопреки всем законам Вселенной. Пересеклись, чтобы спасти друг друга. Но что-то пошло не так. Наверное потому что мы попытались спастись с помощью того, что нас окончательно и бесповоротно убьёт. Да, именно убьёт, а не сделает сильнее. Привет тебе, о великий Ницше. [1]
Мы были собранием противоречий в четырёх томах черно-белых велибров с поломанной рифмой.
Раздробленная жизнь срослась как попало без гипса, но мы не опускали переломанные руки и всё еще пытались ими друг друга обнять.

Жизнь так устроена — кто-то тянет тебя на дно, а кто-то зовёт гулять по крышам.

Встреча с одним единственным человеком может изменить вектор всей жизни.

Перманентное одиночество — топливо для душевного огня.

В каждой жизни случаются такие встречи, судьба которых — быть пролистанными книгой жизни… Пролистанными, но не забытыми. Иногда память возвращается к этим главам, чтобы понять что пошло не так.

Повзрослел. Теперь по-новому смотришь на каждого мимо идущего. Не задерживаешься на перекрёстках. Не оборачиваешься. Цепляет уже не поверхность. Всматриваешься вглубь. Ценишь то, что не уловить глазу — внутренний стержень и добросердечность. Упускаешь из виду всё мелкое, разменное, наносное. Перешагиваешь через пафос фраз. Но всё ещё замираешь от простоты и искренности. Удивляешься. Записал на полях, что человек не то, чем он иной раз кажется. Усвоил урок, что последнее слово всегда за поступком. Пусть не сразу. Забывал. Ошибался. Вырывал страницы. Больше не вырываешь. Не надеешься на чистый лист и на понедельник. Падаешь. Поднимаешься. Не пытаешься изменить почерк. Всё ещё поднимаешься. Не держишь обид, держишь дистанцию. Не ждешь.