Под бледным фонарём — итог невзгод:
рисует снег прощания узоры.
Забыть не наступил ещё черёд,
ночь — в памяти, нежны её затворы.
Из года в год в один и тот же день
глаза грустнели от воспоминанья,
не смея разглядеть в метели тень.
Явленье было позже, чем прощанье…
Не точно как… Прощанье было тем
единственным гарантом упрежденья
возможного слиянья схожих тем
и столь неодолимого стремленья
избавить расстоянье от длины,
а время — от бессмысленности пауз.
Но факторы другой величины
владели парадигмой. Был ли казус
владенья заоконным фонарём
с его тревожным сумеречным светом
и ежегодным снежным декабрём…
и в боли обезумевшим сонетом?
