Жил-был француз Жан-Жак Руссо,
Носил жабо, играл в серсо,
Любил он следовать во всём тогдашней моде.
Но вот однажды он прозрел,
Цивилизацию презрел
И человечество позвал назад к природе.
Жан-Жак Руссо, он был, конечно, голова,
Он был высокообразованный философ.
Его теория во многом не права,
Но он поставил ряд существенных вопросов.
Мы не Жан-Жаки, не Руссо,
И не играем мы в серсо,
И философия его чужда нам вроде.
Но день сегодняшний ценя,
Сидеть мы любим у огня
И уходить по выходным назад к природе!
Жил-был когда-то Робинзон,
Был мореплавателем он.
Мы тоже к странствию пристрастие питаем.
Попав на остров, Робинзон
Решил, что гибнуть — не резон,
Хоть этот остров был совсем не обитаем.
Ах, Робинзон, конечно, многое умел,
Он был обязан сам себе своим спасеньем.
Но если он всего лишь Пятницу имел,
Располагаем мы субботой с воскресеньем.
Не робинзоны мы, о нет,
Не проживём мы двадцать лет,
А лишь денёк в пределах пригородной зоны.
Никто из нас — не Робинзон,
У нас иной диапазон,
Но хоть денёк мы проживём как робинзоны.
В высокогорной Швейцарии, в старой Гельвеции есть маленький остров, расположенный на середине реки Рона, который носит имя великого просветителя из Франции. На острове находится небольшой парк с миниатюрными киосками и расставленными вокруг них маленькими столами со стульями. В нем находится памятник Руссо. Это тот самый парк, где великий романист любил прогуливаться.