… зарубежные ученые, которые раньше массово стремились в Германию, перестали сюда приезжать. До Гитлера мировой центр атомных исследований находился в Гёттингене; с 1933 го он, едва ли не полным составом, переместился в Америку.

Благосостояние и сила государства со времен промышленной революции не зависят больше от величины территории, но только от уровня технологического развития. Для этого развития величина территории совершенно безразлична.
Для этого развития избыток «жизненного пространства», то есть огромная территория с малым количеством населения, скорее тормоз, с чем, к примеру, хорошо знаком Советский Союз: этому государству никак не удается технологически развить огромную, богатую сырьем, но малозаселенную Сибирь.
Во всяком случае, бросается в глаза то, что большое количество слабых и бедных государств современного мира территориально огромны, тогда как немалое количество богатых и сильных территориально весьма небольших размеров.

Из тихого, горького высокомерия отвергнутого всеми неудачника выросла опьяненная самоуверенность удачливого победителя.
Теперь он знал, что может нечто такое, чего другие не могут.

Гитлер умело играл на великогерманском национализме австрийских немцев. Шушниг согласился на все требования Гитлера. Что же до плебисцита, то он решил провести его весьма своеобразно. В листе для опроса стоял всего один вопрос: «Желаете ли Вы видеть свою родину свободной, независимой и сильной?» Зейсс Инкварт потребовал отмены нелепого плебисцита, в противном случае Германия введет войска на территорию Австрии. Германия начала мобилизацию. Австрийские сторонники аншлюса захватили канцелярию Шушнига. Шушниг объявил об отмене плебисцита ровно в тот день, когда германские войска перешли границу Австрии. Не встретив никакого сопротивления, немцы вошли в Вену. Был проведен референдум в Германии и Австрии о присоединении Австрии к Германии. В Германии за аншлюс проголосовало 99,08%, в Австрии — 99,75%. Шушниг был отправлен в концлагерь Маутхаузен, где и оставался до 1945 года.

Очевидно, что среди диктаторов XX века Гитлер занимает место между Муссолини и Сталиным, однако при более строгом рассмотрении он оказывается ближе к Сталину, чем к Муссолини. Нет ничего более ошибочного, чем именовать Гитлера просто фашистом. Фашизм — это власть высших классов общества, опирающаяся на искусственно вызванное возбуждение масс. Гитлер, конечно, умел воодушевить массы, но вовсе не для того, чтобы поддерживать высшие классы. Он не был классовым политиком и его национал социализм ста…
… показать весь текст …

Гитлеровская способность с легкостью, шутя и играючи подчинять или устранять конкурентов и оппонентов внутри партии, черта, чреватая зловещим будущим, также была заметна внимательным наблюдателям еще в конце двадцатых годов