Побеждает тот, кто среди грязи, ужаса, жестокости, сохраняе…

Побеждает тот, кто среди грязи, ужаса, жестокости, сохраняет в себе Свет, не пересекает ту невидимую грань, за которой человек превращается в зверя.

Послушайте, люди, ведь время не лечит,
а лечит обнявший в печали за плечи,
и слово нашедший в безмолвии жутком,
спешивший к тебе на метро и попутках,
поймавший тебя в миг последний, у края,
и ты возвратишься, затихнешь, внимая
таким незатейливым фразам знакомым,
и слезы отпустишь
расплавленным комом
саднящие в глотке, и в ближних поверишь…
И помощь людскую ничем не заменишь.

Что наша жизнь — мгновенье, вдох и выдох, полёт на свет из бездны мотылька, кружение песчинки в шлейфе звёздном, в Небесный океан спешащая река…

Я не верю в плохие приметы и давно не боюсь ничего, не ищу на загадки ответы, не пытаюсь забрать не свое, я не верю в благие рассказы и о людях сужу по делам, не мила вам, скажите мне сразу, но себя никогда не предам, я храню в себе солнца кусочек, если сил нет упрямо ползу, мне солжете -тревожный звоночек, бог судья вам, решать почему я не стану, вы тоже привольны- жить по совести или во лжи, да, конечно, мне делают больно, но считаю — удары держи, мне плевать на наветы, издевки, я сама себе ве…
… показать весь текст …

Ты знаешь, мам, я так устала, кручусь, как белка в колесе, стремлюсь на свет, а света мало, и мчусь по крайней полосе, за сто влетаю в повороты, давно себя не берегу, никто не скажет- «Детка, что ты? Покой не сыщешь на бегу!» Я ни во что давно не верю, надеюсь только на себя, с годами множатся потери, но мне б хоть раз обнять тебя… Сказать всё то, что не успела, казалось, времени вагон.
Теперь живу осиротелой. Непоправимо, рвётся стон…

И до тех пор, пока поёт душа, и радуют мгновенья без печали, жизнь, несомненно, очень хороша — рассветами, которые встречали, звездой полуночной и шёпотом волны… И не было б заманчивее века,
избавь нас только, Боже, от войны, чтоб зверь не принял облик человека.