Я открою пароли ветру,
раскрошу свои страхи птицам.
У меня есть один лишь недруг —
это время, когда мне не спится.
Это время, в котором тревоги
превращают в кирпич подушку.
От Эрато* покатятся слоги
Бриллиантами на макушку.

Собирать их и цель, и средство
ночи демонов гнать наружу.
Поутру день вступает в детство,
и стихи проступают хуже.
Так бывает, что у кровати
на рассвете лист скомкан в камень.
Бриллианты, что горсть захватит,
вдруг окажутся угольками.

*- муза любовной поэзии.

Закончилось, пожалуй, время фей.
Их крылья не мелькают между листьев.
Уже нет искры в утренней строфе,
А сказок драгоценнейший трофей
Утерян в повседневной скуке истин.
Мне научиться нынче довелось,
Как можно быть нам бесконечно врозь.

Другой мотив. Нет повода для драм.
Все тот же вкус у булочки (у венской).
На даче осень на плоды щедра.
Любовь из книг цедить по вечерам
Единственной слабинкой, чисто женской,
Осталось мне да завести кота.
… показать весь текст …

Был нежен к нам пружинный блок.
Обивкой так ласкал диван,
что был уместен даже Блок,
а временами — Мопассан

Алмазной крошкой море припорошено,
И утро нестерпимо-ясным кажется.
В такой момент, ни гадано — ни прошено,
В душе произрастают счастья саженцы.

Я в этот день, ей-Богу, эмигрирую,
Здесь по земле ступала Богородица.
Пусть вечер под багряною порфирою
Взойти на горный трон не поторопится.

Скала в воде лежит упавшей палицей,
Трепещет на краю бесстрашно деревце.
И белозубо камнем время скалится.
«Проходит все», но мне часам не верится.

Мои стихи пестрят цветастым ситцем,
Уже писать заканчивать пора.
Чтоб не грустила Муза-баловница,
Пообещаю заново родиться
Когда-то через века полтора.

Другое время явит больше лени.
Отсеет сквозь прогресса решето
Эмоции. Сольются звуки, тени.
В искусстве у грядущих поколений,
Чтоб породить иное… Только что?

Век золотой, серебряный и медный.
Последний наш. Не повернётся вспять
… показать весь текст …

В телефоне звонок онемел,
Буквы тоже попали в немилость.
Удаленность взаимная тел
В расторжение душ превратилась.

Лунный холод смешаю с тоской,
Подкопчу ночью форточным дымом.
Собирались, ты помнишь, на кой
Мы с тобой умирать молодыми?

Это время отваги Стендаль
Будто с нас срисовал — без извилин.
И себя было вовсе не жаль,
И друг друга тогда сочинили.
… показать весь текст …