—У меня было время подумать. Я не отдавал предпочтения, какому-то одному полу. В середине 80-х я склонялся к тому, что я бисексуален. И мне было комфортно с этим, но к концу 80-х мне уже были безразличны и мужчины и женщины. Я просто хотел, чтобы меня полюбил кто-то, не важно кто. Этим, кем-то оказался мужчина.