И ночь, мерцание свечей,
И трепетом объято тело,
Ты назовёшь меня своей,
Как долго этого хотела,
Рука, ласкающая грудь,
И губы, ждущие ответа,
Назад уже не повернуть,
Поглощены сияньем света.

Что наша жизнь — мгновенье, вдох и выдох, полёт на свет из бездны мотылька, кружение песчинки в шлейфе звёздном, в Небесный океан спешащая река…

Не говори мне ничего. Я все забыла.
Я не хочу сегодня вспоминать,
Как я одна в пустой квартире выла,
Лежу ничком, и, кажется, — не встать…
Я не хочу, мне было слишком больно.
Иди уже скорей, милейший, прочь.
Забудь меня, пожалуйста, довольно!
Я еле выжила в ту прОклятую ночь…

Ты знаешь, мам, я так устала, кручусь, как белка в колесе, стремлюсь на свет, а света мало, и мчусь по крайней полосе, за сто влетаю в повороты, давно себя не берегу, никто не скажет- «Детка, что ты? Покой не сыщешь на бегу!» Я ни во что давно не верю, надеюсь только на себя, с годами множатся потери, но мне б хоть раз обнять тебя… Сказать всё то, что не успела, казалось, времени вагон.
Теперь живу осиротелой. Непоправимо, рвётся стон…

У всех есть завихрения, чего уж скрывать. У меня давний и устойчивый бзик — поиск одной единственной, предназначенной только мне подушки. Сколько у меня их побывало: больших и маленьких, мягких и упругих, ортопедических, пуховых, синтепоновых, с хлопковым наполнителем, гречневым… В каждую я влюблялась с первого взгляда и предвкушая уютную, полную сладких снов ночь, не считалась с затратами и каждую с благоговением тащила домой. Укладывалась на неё, замирая от восторга, но — нет, опять не та! Неудобно, жёстко, чересчур мягко, шея болит. Нет конца и края моим мучениям. И всё-таки, вопреки разочарованиям, я ещё верю, что отыщу её, любимую. Правда, побаиваюсь, что к тому времени мне придётся открыть магазин подушек.

Казалось, я влюбилась в одиночество, мне так комфортно быть самой собой, ни перед кем выплясывать не хочется, а ты считаешь, что случился сбой в моей системе чётких разделений на то, что было и на то, что есть, но я не против новых увлечений и потому находишься ты здесь. Какая ночь, сиянием чудесным, Авророй, небо всё озарено, мне хорошо и это, милый, честно, а что там дальше знать нам не дано. Ты обними, пожалуйста, покрепче, я растворюсь в тебе, хотя б на миг, но этот миг запомнится навечно, любви нежданной, но прекрасной лик. Моя рука дрожит в твоей ладони, так насладись моментом, не спеши, нет ничего нежнее и бездонней, чем поцелуй восторженной души.