Атмосфера в «Парке» накалялась. Я перестал спать. А для певца нервотротрепка, бессонница-страшнее всего. Начались проблемы с голосом. Обследование показало, что на правой связке образовался узел. Нужна была срочная операция. Я решил делать её в Москве. Благо, нам как раз предстояла командировка на родину для участия в гала-концерте «Музыканты против наркотиков» в «Лужниках». На следующий день после выступления я пришёл к знаменитому хирургу-фониатру профессору Василенко, который удалил узел лазером и сказал, что если я хочу сохранить голос, то на три недели должен онеметь и оглохнуть. Да-да, не только говорить запретил, но и слушать. Велел заткнуть уши берушами, потому что даже когда ты просто слышишь чью-то речь (не говоря уже о пенсии), у тебя происходит непроизвольное смыкание связок. До начала турне по Америке оставалось достаточно времени, и мы на три недели вполне могли задержаться в Москве. Но парни о том, чтобы отложить отъезд, и слышать не хотели. Мои проблемы со здоровьем были только моими проблемами. Через несколько дней мы отбыли в Штаты, где тут же начались репетиции. И, если на них себя ещё немного щадил, то на концертах выкладывался по полной. После второй песни горло будто наливалось свинцом, и чтобы извлечь нормальный звук, я безжалостно рвал связки. Всё закончилось так, как должно было закончиться,-у меня пропал голос. Турне пришлось прервать. Впервые я впал в панику. Печальных примеров, когда певцы и после меньших издевательств над своим голосом навсегда прощались с вокальной карьерой, было достаточно. Если бы ребята в тот момент меня поддержали, мне не было бы так тяжело. Но они меня попросту списали. Начали тайком собираться на репетиции, а роль солиста-вокалиста отдали Сашу Маршалу. Услышал я об этом случайно, от совершенно посторонних людей. Не знаю, как бы перенёс этот удар, если бы не два обстоятельства: предложение группы «Kiss» писать песни для его коллектива и самое главное — жена вот-вот должна была родить дочку!
Николай Носков об атмосфере в группе Парк Горького:
© Николай Носков 74
