«Эта роль, Жени Лукашина, поставила крест на моей карьере. До сих пор, куда бы мы ни приехали, увидев меня, люди начинают толкать друг друга локтями: смотри, мол, алкоголик приехал, предлагают выпить… Поначалу я просто не знал, куда деваться, потом привык, но до сих пор досадно. В действительности спиртного я не люблю, а баню просто не-на-ви-жу! Я этот фильм уже не смотрел лет 20. Это насилие над зрителем, когда его показывают каждую новогоднюю ночь. Новый год — мой любимый праздник, но отмечаю я его только дома…
…После выхода картины мне дарили веники, подходили, пальцем трогали. Сейчас всё это закончилось, возраст сделал своё дело. На самом деле, я не был уверен, что фильм вообще будет кому-то интересен. На площадке у Эльдара была тёплая, очень домашняя атмосфера. Он умел делать это как никто другой. Не помню, как проходили съёмки. Я приходил и получал удовольствие…
…С 2010 года я перестал сниматься в кино. Мы так бесстыдно подражаем американцам! Боевики, драки, бесконечный экшен. Кино стало бесчувственное, бессердечное. Это не русское искусство. Его мы забросили совершенно. У советского кино было своё лицо, а сейчас его взяли, повернули затылком и нарисовали на нём американскую физиономию».
