Февраль у нас маленький и последний. Наверное именно поэтому он грозно бряцает оружием, бросает в румяные лица мужчин снежную крупу, пахнет чистыми носками и гелем для бритья.
— Последний шанс, последний шанс, — шелестит вьюга.
Раздраженные женщины скупают шоколадные автоматы Калашникова и сувенирные бутылочки виски. Гордые мужики с утра пропускают дозволенные рюмочки. Это их месяц!
Но скоро, скоро пропахнет март мимозой и сладкими духами, и уже раздраженные мужчины начнут скупать шоколадные тюльпаны и сковородки Тефаль.
Скоро запоет пьяная бухгалтерия, но отдел кадров еще держится, там орешки покрепче. Надо же кому-то распихать бухгалтерию по такси.
— Ну, в следующий раз купи себе что-нибудь сама, — грустно шепчут мужья, огретые Тефалем.
— Ты никогда меня не понимал, — громко грустят женщины, мечтавшие о духах из Летуали.
Забыт, забыт военный февраль, маленький и последний.
Да и бог с ним. Пусть пистолеты остаются шоколадными, а носки чистыми. Пусть миром правят Тефаль с Летуаль.
Потому что мы этого достойны.
