Я ехал в метро, не помню откуда,
Но чётко запомнил одно,
Сидела напротив с тюками старушка,
Зачем-то смотрела в окно!
Обычная бабка, каких миллионы,
Изрыто морщиной лицо,
Тюки и тележка, наверное с дачи
Поморщенное пальтецо!
А рядом такие обычные люди —
Студенты с «айфоном» в руке,
Планктон и барыги с офисов едут,
И парочка вон — в уголке!
Всё вроде обычно, но тут покатилась,
Тележка, что бабка везла,
И как-то у старой лицо изменилось,
И первая мысль — померла!
Но вижу, рука её еле живая,
В кармане едва ворошит,
Я сразу смекнул — там, наверно, таблетки,
Давление? Сердце шалит?
Залез ей в карман, разжал зубы руками,
Так сколько там нужно? Плевать!
Лекарства внутри, она порозовела,
А значит пошла оживать!
И взгляд её вроде слегка прояснился,
Спасибо, — взревела — сынок,
Отвёл на платформу слегка отдышаться,
И ехать, ведь путь мой далёк!
Но дело в другом — я увидел украдкой,
Как кто-то снимал на айфон,
А кто-то шутил, а кто-то смеялся,
И пиво хлебал полным ртом!
А кто-то так просто слегка отвернулся
И вышел на Пушкинской в «Мак».
И даже я слышал краешком уха,
«Что парень, наверно, дурак!
Что бабка бухая, а может сектантка,
А может объелась колёс,
Два сапога пара, зачем помогает?
Смотри — неформал и обсос!»
И вечер уже — весь планктон сидит в барах,
Залили видос на ютуб,
И парочка дома расставила свечи,
Вкусив нежный вкус сладких губ…
Что ж, спите спокойно, обычные люди,
Студенты, барыги, планктон,
А если беда постучится к вам в двери —
Не забудьте заснять на айфон!
