Петербуржец утреннего выпуска из дома упакован в куртку и противостихийные туфли широкого профиля. Полуденный петербуржец — уже в ситцевых шортах и сандалетах на бледную босую ногу. Предзакатный горожанин экипирован дождевиком и резиновыми ботами. Лишь зонтик и саркастически приподнятая бровь обьединяют эти кланы.
Но когда все три группировки (плюс многочисленные переходные суточно-гардеробные формы) усаживаются рядком в метро и утыкаются в телефоны, я вижу вечеринку из «12 месяцев». Братец февраль мирно соседствует с сестрицей июль, которая дремлет под руку с папашей октябрём.
Примечательно, что при этом каждый из нас всё равно наряжен не по погоде.