Если бы музыканты
больших оркестров обливались потом как рокеры на сцене, запашок из оркестровых ям был бы еще тот.

По улице идет огромный человек. Гора мышц, бритый череп, суровое лицо, наколки, много металла на шее и пальцах, принты на майке… Не поймешь, то ли спортсмен, то ли рокер? Рядом с ним ребенок пяти-шести лет, который, увидев кошку, кричит:
— Пап, пап, смотри, — кошак!
Качок останавливается. И вдруг голосом рафинированного интеллигента, на академическом русском говорит:
— Сынок, нельзя обзывать домашних животных! Запомни, пожалуйста, — надо говорить не кошак, а кошка или котик!

Футбольные поля в минеральных удобрениях не нуждаются: им вполне хватает соплей, слюны и пота игроков.

Рокер по сравнению с рэпером — это как английский пэр и какой-нибудь *** (рифма к слову пэр).

Неискренность в отношениях сродни ржавчине: появляется маленькое, малозаметное пятнышко, а потом ползёт, разрастается, не остановить.

Ты украл чужие мысли, а потом их выдал за свои — ты решил что стал умнее, но умнее ведь не ты.