Так на чьей стороне ты нащупывал ряд
и меж чьих там колен как слепой проходил?
Жизнь — театр, последние свечи горят,
над смешною репризой ревёт крокодил.
Изымай дураков из последних кругов —
никого кто со мной, никого кто за мной —
из полночных бесед и разбитых оков
их в ковчег собирает запасливый Ной;
Эти твари такие же точно как я —
их надежды огромны, а мысли чисты,
мы выходим в антракты и пробуем яд
ожидающей всякую тварь пустоты.
Здравствуй, Йорик, союз неподставленных губ
и набухшего силой сонетов пера.
Только между коленей надежды не лгут,
да и то до финала, читай — до утра.

Одиноким мужчинам дороги их мозги,
одиноким мужчинам дороги их наречия,
одиноких мужчин все любят, жалеют, лечат,
гладят, балуют, призракам шепчут «сгинь»,
одинокие мачо смотрят из-под бровей,
достают свои кольты, грозятся не застрелиться…
одинокие волки сами себя слабей,
потому что не знают где маски у них, где лица.
Одинокие мальчики… теплую грудь им дай,
повяжи им шарфик, избавь от фамилий, отчеств,
и увидишь сразу (девочка, не рыдай) —
нет волков и мачо под масками одиночеств.

…Подцепила чужого бога… Прошел навылет…
.Заросло быстрее, …чем я прошипела «Аве!»…
…Потому что… никто… меня… из меня не вынет,…
…даже если душу… на память… себе оставит…

Так теряют надежду на правый суд,
на последнее слово и милость божью.
Я держу её бережно на весу,
мы идём по холодному бездорожью,
мы идём, и вокруг не видать ни зги,
а в разрывы кольчуги вползают тени.
У дороги проклятой любой изгиб
полон острым крошевом совпадений,
«совпадёшь, и всё, — говорят, — ты наш»
и целуют в сердце, и смотрят люто.
Придорожный ангел, последний страж,
где же черти носят тебя, ублюдок?
Ты хотя бы слёзы её утри,
если ткани мира не можешь штопать!
… показать весь текст …

«Современник»… слово-то какое.
Это значит — времением одним
мы лежим от коконов до коек,
и в одних мешках его храним
под глазами. Это ли не странность —
с кем-то так рождением совпасть,
чтобы нам синхронно открывалась
времени оскаленная пасть,
чтобы нас крошило и глотало,
растирая в разных жерновах,
а когда уляжемся устало —
надо всеми общая трава?
Это ли не повод улыбнуться
встречному, растительность примяв
… показать весь текст …

Ни в кого ладони не опускать,
ни в одном надолго не оставаться.
Пенелопа, тебе далеко не двадцать,
скоро прядь завьюжится у виска.
Что той жизни? Сотня случайных дней,
да и в тех весны наберётся горсть ли?
Все мы в сердце чьем-то всего лишь гости,
корабли ныряют в закат больней,
чем уходят люди. Забудь, хватай,
женихи толпятся — бери любого!
Но жасмин надеждой цветёт у дома,
но весенний крик прилетевших стай…