ВЫСШАЯ МЕРА
Мой Ангел расправит крылья
Над мессивом бездорожья,
Над страхом и над безсильем,
Над ужасом и над дрожью.
Мой Ангел — желанный вестник —
Взлетит над пургой таежной.
Ему улыбнется смертник,
Мурашки пойдут по коже.
Я выше не знаю веры,
Я тоньше не слышал пенья,
Готовился к «высшей мере»,
А получил прощенье.
Мой Ангел споет безмолвно
О ветре родном попутном.
Глаза я открою, словно
Ребенок весенним утром.

Мостовая

Всему конец бывает на земле
и даже ожиданию, поверьте,
и даже одиночеству и смерти
всему конец приходит на земле.

Но нет конца у утренних дорог,
у поля ландышей, у нежного напева.
И нет конца любви, что дарит Дева,
и нет конца словам, что молвит Бог.

Как это грустно — закрывать страницу,
как будто сердце падает на дно…
… показать весь текст …

Тихие заповеди

Ничего не нужно объяснять,
Нужно выйти из могильной тени,
Опуститься тихо на колени
И глаза к Распятию поднять.

Ничего не нужно говорить.
Нужно помолиться о немногом,
Сердцем не лукавить перед Богом,
Слезы покаянные излить.

Никого не нужно осуждать.
Бог — Судья и праведных и грешных.
… показать весь текст …

Уставшие люди украсились снегом,
и стало хрустальным всё бывшее пегим.
Снежинки-слезинки — на радостных лицах,
а в небе над городом — райская птица.

Снежинки — как крылья посланников белых.
Упали оковы с рабов на галерах.
Снежинки играют сюиту святую:
«Ты знал эту землю? Познаешь иную.

Она поплывёт в небеса каравеллой
бессмертно-красивой, серебряно-белой».
И если открылись нам в небо тропинки,
то значит и мы — хоть немного снежинки.

Снежинка и Бог.

— Возьми меня на Свои ладони,
возьми меня в теплые руки,
возми меня в Свое сердце,
дай согреться.

— Если возьму тебя на ладони,
если возьму тебя в теплые руки,
то ты растаешь, ведь снежинки
в тепле умирают.

— Я не умру, ибо жизнь не тает.
Вспомни меня в Своем бессмертьи.
… показать весь текст …

БЕСКОНЕЧНАЯ СТАНЦИЯ
«Осторожно двери закрываются. Следующая станция…»
(Из объявления в метро)

Мне выходить на станции метро,
которой не найти на пёстрой схеме.
Она, как икс и игрек в теореме,
и, как ладья ушедшая на дно.

Мне выходить на станции не той,
где торг идёт, где вечно перемены,
где целый мир -- подобье жалкой сцены
и где кричит об истинах немой.
… показать весь текст …