Снова жизнь со мной вполголоса,
Как с душевно-невменяемой…
А я крашу эти волосы
В этот цвет непререкаемый,

А я крашу эти пальчики
Кровавленно-красным лаком…
Не найдётся ль у вас, мальчики,
Разменять полтинник с гаком?

Господи! Сердце — всего лишь моторчик —
А почему так швыряет и корчит?
— Это не порча?
— Это не порча.
Это проходит, но терпится молча.

Я уеду — ты останешься.
Ты рукой ко мне потянешься —
А меня уже там нет —
Только воздух, только свет,
Только блики, только токи,
Да разорванная сеть…
Ах, какой ты одинокий —
Любо-дорого смотреть.

Мы вовсе не бредим, просто —
Просто чуть-чуть мечтаем,
Нам бы с тобой на остров,
Который необитаем.
Нам бы купить собаку,
Удочки и конфет.
Нам бы сдержать атаку
Тех, кто дает совет.

То ли это ты такой ветреный,
То ли просто ветреный день.
То ли это в доме проветрено,
То ли просто в вазе сирень…
То ли я апрель прозевала,
То ли сразу май наступил…
Если б я тогда понимала
То, что ты теперь объяснил…

Я кричу по ночам от ужаса,
Я от ужаса днем молчу:
Я боюсь, я боюсь замужества —
Не хочу, не хочу, не хочу!

Я хочу жить у папы с мамою,
Грызть морковку, вести дневник,
А мне снится все то же самое:
Пучеглазый чужой мужик.

Снятся комнаты неуютные
И большая кровать у стены —
Извели меня эти мутные,
Беспощадно дурные сны.