а почему понять я должен
в свои двенадцать с чем-то лет
всё то что в голову поэту
с похмелья в сорок лет пришло

Мой нежноман, мой трепетный суккуб!
Ты снова беспокойства возжелала,
даримого касаньем мягких губ,
что сладко бередят твоё начало.
Легко в глубины тайн своих маня,
Ты хочешь исполнения желаний,
и молчаливых искренних признаний
в симпатии горячей от меня.
Я обниму руками гибкий стан,
мгновенье не стремясь поторопить,
к твоим губам прильнут мои уста,
и станут твой восторг и нежность пить!
И в эти сумасшедшие моменты —
в который раз и без ненужных слов —
… показать весь текст …

Хочу тебя обнять. Нет, погоди!
Не так, как ты подумала — за плечи,
и даже не на уровне груди,
я не о том мечтал про нашу встречу.
Поцеловать хочу тебя. Постой!
Не в щёчку — мы с тобой не пионеры.
Ты — леди, я побуду кавалером,
и поцелуй тот будет не простой.
Я так давно хотел попасть туда,
южней… ещё южней! Ещё теплее —
где светит путеводная звезда,
где поцелуем губы губы греют.
Где уголки тебя, как угольки,
горят, прося ещё прикосновений,
… показать весь текст …

Все эти про копанье моря утки,
и про учебник, полный чепухи,
и прочие нелепые грехи —
придуманные русскими же шутки
с какого-то заштатного канала,
где под шумок «смешных хохлов» пинали,
приписывая им такую дичь,
что головой здоровой не постичь,
подхваченные глупым населеньем,
в стремлении к издёвкам и глумленью,
осевшие в пустотах их голов
смищные «факты» про «дурных хохлов».
Увы, людей разумных там не много.
А остальные подхватили ложь,
… показать весь текст …

Я знаю нужный алгоритм движений верных, осторожных,
и как настроиться на ритм, одно — нельзя, другое — можно.
Из поцелуев самых разных — прикосновений губ к губам —
я выбрал этот вид прекрасный, что так пленяет милых дам.
Который даже недотрога, сочтя ужаснее всего,
подумает ещё немного — и согласится на него.
Такой, где я беру осадой иль штурмом тайну бытия,
и если сделать всё как надо, тогда — победа! Ты — моя!
Когда в твоей глубокой чаше иссякнут силы и отпор,
соединятся губы наши, начав с тобою нежный спор.
И в этом споре, как в приятном, но глубоко интимном сне
я говорю без слов понятно; ты, возражая, вторишь мне.
Я буду бередить и трогать твои прелестные черты,
и наступлений будет много… А победишь в итоге ты.

а можно нам обратно всунуть
в адама странное ребро
и зделать бабу из грудины
из мозга на худой конец