Это любовь

Спасибо, Питер, любовь моя,
Что снова светом душа полна.
Мои печали вмиг исцелил,
Меня так мощно ты окрылил.

Спасибо, Питер, моя любовь,
Избавил сердце от злых оков.
Перезагрузка прошла сполна,
Я нежной силой оглушена.

И слёзы градом, иду на взлёт,
Душа танцует и ввысь зовёт.
Кричу на Невском я: «От винта!»
Пронзает до боли твоя красота!

Стал мне мал и не нужен мой город,
Задыхаюсь в его плену,
Я скучаю по тем, кто мне дорог,
И по граду Петра наяву,

Отражениям неба в каналах,
Крикам чаек и шуму толпы.
В акварельно-неясных печалях
Снятся мне все его мосты.

Снятся Зимний, Исаакий, сад Летний
И Невы величавый поток.
Я хочу сбежать в яркое лето,
Где мне счастье вонзится в висок.
… показать весь текст …

Сегодня отправила ёлку в полёт за плохое поведение. Она щедро насыпала мне иголок на утренний бутерброд, да и кофе тоже получился с ароматом прошлогодней хвои. «Как-то не комильфо!» — подумала я. Такой подлости я не ожидала от безобидного символа праздника. «Вот и доверяй миру!» — немного по-старушечьи подумалось мне.

Мягко спланировав, ёлка изящно приземлилась в большую весёлую лужу. Весёлую от количества блёсток ушедшего новогодия. Оттепель. В городе пахнет весной и головокружительными новы…
… показать весь текст …

А в 5 утра он мой — и ни луча не уступает призрачным неспящим, бездомным, дворникам, впередсмотрящим трамваям, что ревнуют, грохоча. Он выдан мне, в огромности своей не скрывший тайн и требующий знака, он царственная серая собака и господин, принадлежащий ей, он темная вода в руке моста, сквозь пальцы утекающая в вечность, он в 5 утра нежней и человечней, чем может показаться красота. Он чаячий, нечаянный, как взмах не облака, но радуги крылатой, он золотые солнечные латы, которые дозволено снимать.

Я чествую его своим не-сном, шагами, измеряющими камни, и каждый слог на память обрекая, под стать ему — я становлюсь иной.

В молодые годы была у меня знакомая с очень большой грудью. Звали ее Ирина. Невысокая, стройная, с изящными руками и ногами — и вдруг две этакие дыни, килограмма по два каждая. Операций по уменьшению груди в СССР не делали, и она очень страдала от постоянного ношения непомерной тяжести. А еще узкие бретельки изделий советского швейпрома натирали ей плечи до крови. Поэтому в комплект к каждому новому бюстгальтеру Ирина обязательно приобретала рюкзак с прочными широкими простеганными лямками. Эти…
… показать весь текст …

Я принёс тебе своё сердце,
Воплощённое в тысячи строчек.
Я принёс тебе своё сердце,
Всё в бинтах из тире и из точек.
Ты взяла его нежно в руки —
Я почувствовал это кожей.
Когда ты взяла его в руки,
Ты почувствовала это тоже.
Ты волшебница — это точно.
Ведь болеть оно перестало.
Ты нужна мне теперь днём и ночью,
Ты — спасенье моё и начало!
Ты же видишь, как оно бьётся —
Все бинты с него послетали!
… показать весь текст …

Если вам тепло в морозы
И светло в тени…
Растворилась жизни проза
В поэзии любви.

Я живу на Староневском
В сердце города большого.
Лишь к утру стихает Невский,
Наполняется покоем.

Я люблю свою столицу,
Я вросла в неё корнями.
Судьбы разные и лица.
Вечный город между нами.

Улиц я люблю убранство,
Я иду — и сердцу сладко!
Петербург — ты постоянство,
Я тебе любому рада.
… показать весь текст …

и пускай это прозвучит слегка кощунственно,
только ведь любовь — это не всегда про общий быт,
можно ложиться в одну постель и ничего не чувствовать
можно говорить «я тебя люблю» и ни капельки не любить.

любовь — это не иллюзорные идеалы, про которые все трубят,
это рассказывать, как дела в институте/колледже/на работе,
шептать на ухо чуть слышно робкое «я люблю тебя»
и читать то же самое в счастливых глазах напротив.

ведь любовь — это находить её волосы на второй подушке,
в собственно…
… показать весь текст …

Эта любовь — неправдивая и больная, корень осоки, побеги полыни горькой. Лето течёт, плачут ласточки над Дунаем, кто-то из нас вынимает бутыль настойки. Алая вишня мерцает рубинным ядом, эта любовь хуже водки и никотина. В заводи плещутся призрачные наяды, в их волосах — жемчуга, караси и тина. Мы слышим смех, но не видим их лиц лукавых. Дайте напиться, ах, как же мы мало просим! Наши ладони щекочут речные травы: вех и болотник, разросшийся на утёсе. Воздух, и тот ядовито-тягучий ныне, только вд…
… показать весь текст …