Самое дорогое, что сегодня в театре есть — стоимость билетов.

Моя жизнь, это театр — и люди которые в нём плохо играют свою роль, всегда её переигрывают, для того чтобы начать жить заново.

Вся жизнь — театр. Только не у всех есть деньги, чтоб приобрести билет на достойное представление.

Хочется верить, что я не единственный зритель — в театре мирового абсурда!

Успех не в таланте актера
И не в мастерстве сочинителя.
Все дело в азарте, с которым
Находим мы нужного зрителя.

весь мир театр, а мы актёры
и к роли я уже привык
но на поверку оказалось
жизнь цирк

Мы нередко без разбору
В жизни мелем полный вздор,
И хорошему актеру
Нужен опытный суфлер.

Как-то известный советский актёр Ваграм Папазян приехал в провинциальный театр играть Отелло. Роль Дездемоны в спектакле играет молоденькая дебютантка. И разумеется, она очень волнуется, но справляется с отведённой ей ролью. И вот последняя сцена — её убиения. Дебютантка ложится на кровать под балдахином, но головой не в ту сторону. Вбегает Отелло, открывает с одной стороны балдахин — а там ноги. Отелло закрыл балдахин и этак тяжело призадумался. А Дездемона тем временем сообразила, что лежит не в том направлении, и поменяла позицию. Отелло вернулся к кровати, открыл балдахин с другой стороны, а там… опять ноги. После чего продолжать трагедию было уже невозможно. Зал умирал от хохота.

«Вся жизнь, театр» — я и не спорю.
Но крыша цирка, точно, в нем.

Весь мир — театр, а люди в нем извечные дублеры.

Снова сменился кучер. Скрипит телега.
Тянет телегу в горку хромая лошадь.
В этой стране реформы — конструктор Лего,
Как ни меняй детальки — одно и то же.

Кнут по спине — крепка вертикальность власти.
Только никто не хочет телегу смазать.
Надо ползти вперед — за горою счастье,
Лишь бы хватило в недрах на это газа.

Как ни коси глазами — мешают шоры.
Будешь тянуть бодрее — дадут морковку.
Только молчи, что это не путь к Фавору,
Кучер не зря в затылок упер винтовку.
… показать весь текст …

Весь мир театр, а мы толчемся между буфетом и вешалкой.
© Хэм

Я другой раз думаю, что каждый человек это целый театр — своего уникального направления, со своим репертуаром. Только двери в него по большей части наглухо закрыты, спектакли идут без публики. А снаружи и не скажешь.

Весь мир театр, а люди в нем охреневают от цен на билеты.

Приходит как-то Чехов в гости к Станиславскому и говорит: «Поставь чайку».
&

Будь человеком…
Это пожалуй единственное, что не надо играть.
В театре абсурда вакантные роли.

В мире мало режиссеров,
Но им по фигу рост цен,
Мы же в жизни — лишь актеры,
В основном, постельных сцен.

Весь мир — театр, а некоторая его часть даже театр абсурда.