Самокопание

Каждый мой день — это очередной подъем и падение. Иногда, я всего-лишь спотыкаюсь, а порой, лечу вниз, ударяясь о цементный пол.

Тошнит уже от всех масок, которые тебя заставляет носить общество.

Самое страшное — это задуматься, и понять, что тебе нравится быть в этой куче дерьма и саморазрушения.

Я люблю тишину, но в меру. Невозможно ею наслаждаться, когда различные мысли захватывают мозг целиком и полностью.

Длительное вынужденное молчание предоставляет кучу времени для самокопания.

Времена, когда вдохновение собирает чемоданы, обижается и уезжает в далекие страны, как голод для души и сердца.

Сначала он говорит, что «нужна», а ты боишься… а когда уже не боишься, и с ним! Оказывается «уже не нужна»…

и говоришь, что, в общем-то, не злой,
что виноват текущий кайнозой*,
колки, что не подтянуты на нервах,
и кое-кто с веслом / ведром / шестом
тебя сожрал за бл*дство на шестом
и отрыгнул на улицу на первом
и думаешь упорно об одном,
что всё вокруг не может быть не сном,
но это не оправдывает яви,
ведь жизнь уже чернеет вдалеке,
и что бы ни было на языке,
но с бодуна во рту песок и гравий

и знаешь, что причин особых нет
… показать весь текст …

В обжорстве масса непотребства,
И мысля о его вреде,
Те, кто гордится самоедством,
Весьма умеренны в еде.

Ночь — безумно сложная шутка. Ты вроде отдыхаешь, но перед тем, как лечь спать, ты продумываешь все кусочки своей жизни прошлой и идеальной.