герасим спит, а в это время
снаружи у окна стоит
собачка мокрая и смотрит
вжимаясь в тусклое стекло

давайте радоваться жизни
сказал печально николай
поскольку радоваться смерти
не получается уже

олегу нравится оксана
оксане нравится олег
а я смотрю на них обоих
и мне не нравится никто

как на ковчег сумел проникнуть
один непарный шелкопряд

поэт налил чернил и водки
и думает с чего начать
и тут он вспомнил нет бумаги
но есть солёный огурец

в своем глазу бревна не видно
сказал мне старый лесоруб
когда бревно торчит из глаза
ты врядли что-то разглядишь

о кунилингусе о вашем
весь город знает капитан
о наутилусе краснея
поправил немо зульфию

люблю старинные картины
и старых городов уют
и старых вин букет роскошный
и старых дев энтузиазм

вот поезд вышел из тоннеля
и телефоны суетясь
полезли дружною гурьбою
смотреть что нового в сети

во время секса дверь открылась
свекровь внесла грибной пирог
и посмотрела на невестку
с презрением и торжеством

министыр бедности заходит
садится на пол в уголке
вокруг себя немытым пальцем
проводит бедности черту

на нашем тракторном заводе
нет предпосылок для любви
станки холодные на ощупь
неразговорчив бригадир

вы нам раздали только бубны
а остальные масти где
и где простите сами карты
а барабаны нам зачем

рукой дрожащей в крышку гроба
олег вбивает каждый гвоздь
а игорь аккуратно пальцем
их загибает изнутри

я убивать тебя не стану
ты щас возьмешь и улетишь
а я для вида мухобойкой
ударю громко по столу

я приходил для извинений
а у порога как назло
стоял топор и извинений
не получилось в этот раз

за гаражом зухра олега
бьёт больно гаечным ключом
сигнализируя что осень
увы не время для любви

в калькутте дождь, а в уренгое
примерно минус тридцать пять
а нам с тобой под одеялом
зимой и летом хорошо

холодный зимний секс растаял
грядёт весенний грязный секс
и потный летний, а за ними
осенний в шерстяных носках

верзила сын к отцу приходит
и говорит, а вот теперь
послушай что такое плохо
и что такое хорошо