Индия

Кто пуповину отрезал, надрезать мог и шею.
Тогда я жизни бы не знал — и горя вместе с нею.

Бескрайнее море — любовь предо мной разлита,
Но нет у меня ни ладьи, ни плота.

Телесную грязь без труда отмывают водой,
Но дух очищается правдой святой.

Когда я сдалась на его уговоры,
Жениться он мне обещал, дал обет,
Потом улизнул — и не сыщешь проворы.
Что делать — не знаю: свидетелей нет.
Лишь цапля, что рыбу ловила в протоке,
Быть может, слыхала, что молвил жестокий.

Любовь — и опора творящим благие дела,
И лучшая наша защита от зла.

Твой милый — повеса, а ты, простодушная, вверилась
Слащавым ухваткам и вкрадчивой этой учтивости!
В глаза тебе разве не бросился пурпурный знак
На правой щеке у него, как от красной смолы?
Вчерашние шашни оставили эту отметину!

Не жди воздаянья, благие деянья верша.
Награду сама обретет непреложно душа.
Вернется плодами — что пальмы корнями впитали.
В убытке ты будешь едва ли.

О ворон, плоть мою терзай, не трогай только глаз,
Чтобы возлюбленного лик в глазах моих не гас.

Объяты одинаковым томленьем
Счастливый и отвергнутый любовник,
Когда в лесах звучат павлиньи крики,
Насыщен горный ветер ароматом
Цветов кадамбы и кутаджи пряной,
И молодой травой земля одета,
А небо — дождевыми облаками.