я не девочка, я не женщина. с меня взять-то, по правде, нечего: я уставшая, нехоленая. погляди со стекла иконного:
рассыпаюсь, как будто бусины. погляди на меня. иль струсила, что порочною я зачатая? утоли же мои печали, я не сумею опять, не выдюжу: у меня ни ума, ни выдержки. я устала вот так, с заплатками. обнажиться бы — да проплакать бы псицей тощей, цепной, дворовою пока враз не свалюсь бескровная.
и когда тошноту я выреву — из утробы пролезу сызнову, с чистым нравом, молочной кожею, без изъянов любовно сложенной,
как голубка, прельщая нежностью — не колючая, не мятежная — прочих всех, кто посмеет киками покупать мою кровь да с криками
жемчугами меня выпестовать белогрудой немой невестою, не морскими шальными волнами, а запрудками подневольными.
и спросила иной бы доли или в гроб полегла достойной?
но пока я харкаюсь горечью и барахтаюсь так беспомощно, что зазорно подмоги спрашивать
(помогите мне, ну пожалуйста.)