Эдельвейс.
Серебряный цветок
где-то на горе.
Ты от меня далек,
снишься на заре.
Розовое небо. День.
Потом закат.
И стена меж нами.
Ты не виноват…
Я ведь раньше знала
и тебе сказала,
что взахлеб
«читали» мы роман…
Не связалось что-то,
В поседевших нездешних зимах,
В старом доме, где пыль и мрак,
Скрипнет дверь и часы застынут,
Захлебнувшись своим «тик-так».
И с порога шагнет устало
Вместе с паром былых побед,
С тяжким грузом чужих вокзалов
За плечами и включит свет
Тихий путник. Глаза прикроет,
Попривыкнет, и, сев за стол,
Скинет на пол венок героя,
Позабыв, для чего пришел.
Через столько пустых скитаний,
Из объятий холодных рук,
Милый, милый мой смешной мальчишка,
неужели ты совсем слепой,
вдруг опустятся ресницы низко,
если взглядом встречусь я с тобой.
Сразу в сердце радостно, тревожно,
сразу счастье на душе и грусть…,
Разве думать было мне возможно,
что однажды я в тебя влюблюсь?
Как же так могло произойти,
что я вдруг увидела в тебе?
Встав однажды на моем пути
стал ты солнышком в моей судьбе.
Я без тебя, живу тобой
и каждым ясным белым днем
тоску, как ведрами я пью
за одиночество вдвоем…
Прощай, прощай моя мечта,
опять надежду хороню,
а нашу трудную любовь
я в своем сердце сохраню
А бывает ли так — среди белой зимы разноцветная сказка
и сиянье серебряных звезд там, где раньше был мрак?
Невесомым касанием губ, словно бабочки, ласки,
а бывает ли так?
А бывает ли так — белый снег тёплый-тёплый, как нежность
и снежинки в ладонях, как счастья хрустального знак?
Два дыхания рядом — любви неземной неизбежность,
а бывает ли так?
А бывает ли так — чтоб всю жизнь за мгновение счастья,
всё, что было до нас — всё не важно, забыто, пустяк…
Только ты, только я… мягкий бархат тепла на запястье,
а бывает ли так?
А бывает ли так — там, у края… над самою бездной
кто-то очень родной вдруг укроет крылом от потерь