Гоголь

Не секрет, что Николай Васильевич Гоголь предал огню второй том своего знаменитого романа-поэмы «Мёртвые души». Случилось это 24 февраля 1852 года, в Москве. Именно в столице, в доме графа Толстого, прошли последние 4 года жизни писателя.

Всё, ради творчества

Как и все великие таланты, Гоголь жил только творчеством. Второй том «Мёртвых душ» был его главным произведением, трудом душевных исканий. Об этом он не раз говорил своим друзьям. Рукопись была почти закончена, но в жизни писателя произош…
… показать весь текст …

Не беда, когда путают Чацкого с Хлестаковым, беда — это когда ставят Грибоедова в один ряд с Гоголем.

Не так страшен черт, как его рисуют малютки!

Юмор Николая Васильевича Гоголя

«Бульба вскочил на своего Черта, который бешено отшатнулся, почувствовав на себе двадцатипудовое бремя, потому что Тарас был чрезвычайно тяжел и толст».

(из книги «Николай Гоголь. Малое собрание сочинений. СПб, изд. „Азбука.Азбука-Аттикус“, 2020, 832 с.»)

* * *

«Тарас сел на коня. Конь согнулся, а потом засмеялся».

(из школьных сочинений)

* * *
… показать весь текст …

Помните сомнения Купердягиной: «…Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазара Балтазарыча, да, пожалуй, прибавить к этому еще дородности Ивана Павловича — я бы тогда тотчас же решилась…»
Если бы героем «Женитьбы» Гоголя был мужчина, как бы собирательный образ невесты мыслился ему? (используем «Соломенную шляпку»)
— Если бы бюст Иветты приставить к бёдрам Мюзетты, или лучше Жанетты, да добавить ножки Жоржетты, а личико взять Лизетты, да, пожалуй, прибавить темперамент Мариэтты… Нет, ножки лучше Жанетты, а грудь Лизетты… Нет, бёдра лучше Иветты…
Такой вот гоголь-моголь

Если у вас есть ноздри — значит у вас есть Нос.
Если у вас есть Нос, но вы не читали Гоголя… тогда и говорить с вами не о чем

Где тот виртуальный Гоголь, который напишет «Виртуальные мертвые души»…

Первым ругать Гоголя за решение сжечь второй том «Мертвых душ» стал… неграмотный слуга, которого он разбудил холодной февральской ночью и велел растопить печь

Я убил в себе прототипа Гоголя, Достоевского, Толстого, Чехова и стал никем.

Слово ищет поэта, но не может основательно прикрепиться к нему, также, как и нос Гоголя не может быть всегда вместе со своим основанием.