Выживающая в чудовищной машине мира:
И какие-то раны ее уродуют,
И какие-то ноты ее травмируют.
А она танцует в своих мелизмах и откровениях,
А она танцует в своих браслетиках и глиссандо.
Говорит устало: все в порядке. Более-менее.
А потом идет как мертвый дождь по пустому саду.
Вот тогда я явственно вижу плечи ее согбенные.
Непростительно детские, господи,