Байка

На одном вечере два офицера почему-то приняли Пушкина за «учителишку» и, желая пошутить, подошли к нему с просьбой разрешить их спор — как правильнее сказать: «Эй, человек, подай мне стакан воды!» или «Эй, человек, принеси мне стакан воды!»
Пушкин, угадав их намерение, не задумываясь, ответил: — Вы можете прямо сказать: «Эй, человек, гони нас на водопой.»

У немецкого ботаника Карла Гебеля был знакомый художник. Однажды тот позвал учёного оценить его новую картину «Грехопадение». Гебель долго рассматривал картину и вдруг заявил, что яблоки нарисованы неправильные. Художник удивился:
— Почему неправильные?
Гебель объяснил:
— Потому что сорт яблок, одно из которых Ева протягивает Адаму, был выведен всего восемьдесят лет назад.

У нас в травме был один доктор. Все мотоциклисты его были, и даже зимой. Причем мотоциклисты поступали в виде пазла. Любимыми словами его были:
-Тэээк-с, этот на тысячу деталей потянет.
Один раз привезли девушку-байкершу. Красивую-красивую. Когда он над ней шаманить начал сказал:
— Не пикнешь — женюсь.
Не пикнула. Женился.
Теперь, когда ему говорят, что жена у него красивая, он отвечает:
— Нравится? Сам собирал…

В шестидесятые годы в Советский Союз приехал из Индии очень богатый и очень знаменитый там композитор. Писал он, главным образом, музыку к кинофильмам. Случайно познакомившись с Шостаковичем, восточный гость как-то в беседе спросил:
— А сколько вы платите вашему помощнику?
— Какому помощнику? — удивился Шостакович.
— Ну, тому, кто записывает ваши мелодии…
— Я сам записываю свою музыку, — сказал Шостакович.
— Как? — поразился гость. — Вы даже ноты знаете?

Граф Рымникский, князь италийский, генералиссимус Александр Суворов обнаружил как-то, что в его имении очень много холостых парней — невест не хватало.
— Купить невест! — велел Суворов.
Невест и женихов построили по росту.
— В церковь шагом марш!
Священник венчал всё это безобразие. После венца не все запомнили лицо супруга! Из положения вышли легко: опять построили по росту…

.Фурцева стала возмущаться «алчностью и стяжательством» некоторых ведущих артистов.

— Вот передо мной список заработков наших мастеров, — говорила Екатерина Алексеевна. — Ну, посудите сами, товарищи, разве это не безобразие? Я, министр культуры СССР, получаю семьсот рублей в месяц, а Александрович зарабатывает свыше полутора тысяч!

В этот момент, воспользовавшись паузой, поднимается мой друг Смирнов-Сокольский и своим хриплым голосом восклицает:
— В том-то и дело, Екатерина Алексеевна, что вы получаете, а Александрович — зарабатывает!

Эта реплика буквально сразила оратора, Фурцева онемела. У присутствовавших же она вызвала бурные аплодисменты и вскоре стала крылатой

Обычный московский арбатский дворик, в нем стоит обычный московский дом, в этом доме есть обычный московский подъезд. И в этом подъезде на третьем этаже жили две семьи. Первая, обычная русская семья — папа рабочий, мама бухгалтер и сын Мишка. Обычный московский пацан, в меру хулиган, не отличник, но и не двоешник, гоняет собак, играет в футбол, бегает с другими мальчишками во дворе и т. д.
А в квартире напротив жила хорошая еврейская семья. Папа — профессор, мама — доктор и их дочка Сонечка. Умн…
… показать весь текст …

У меня друг был, Женя (царство ему небесное), и вот однажды сто лет назад прикупил он каким-то образом магазин. Магазин был хозяйственный, но, сука, перспективный! Ну, и обмывали мы его, как будто попёрло отныне и навсегда! Обошли все заведения в городе, в последних уже нам на чай давали, чтоб только мы съебались. Утро наступило внезапно, гораздо раньше обычного, нам так показалось. Пора домой, а мы вдруг стали пиаными. Привожу его, несу по подъезду, к двери прислоняю (классика!), звоню… Слышу, жена:
— Ааааа! Скотина… Нажрался…
— Отъебись, любовь всей моей жизни, мне хуёво!..

Это потом я узнал, что Женина жена после его слов полдня продержала голову друга, пока он блевал в унитаз и, умиляясь, с влажными глазами твердила:
— Боже мой, ну никогда он мне таких слов не говорил!.. Как же я его люблю!

Свидетелем этой сценки я стал еще в 80-е годы. Этажом выше нас жила супружеская пара, одна из половин которой пила, как говорят нынче, конкретно.
Что только жена Татьяна не делала со своим непутевым муженьком: и колотила, и заставляла «подшиваться», и не выпускала из дома сутками. Но все без толку: побои Гришаня сносил молча — чувствовал свою вину, — хотя мог бы убить жену одним ударом своего здоровенного кулака; «торпеды» выцарапывал, из дому сбегал, спускаясь с балкона на связанных простынях…
… показать весь текст …

Однажды к Аристотелю явился очень бойкий и развязный молодой человек, который долго объяснял философу, что хочет у него учиться ораторскому искусству. Когда дошло до денег, Аристотель сказал, что требует с него двойную плату. Видя недоумение новичка, он пояснил, что, прежде чем научить его говорить, придётся потратить много усилий, чтобы научить его молчать.