Психиатрия

1. Разорванность мышления — потеря смысловой направленности речи при сохраненном её грамматическом строе.

В предложениях, таким образом, сохранены все грамматические составляющие (подлежащее, сказуемое), но смысла в высказываниях больных нет. При этом первоначально такие высказывания могут казаться вполне логичными и иногда нужно задуматься, чтобы убедиться в их бессмысленности. Некоторые авторы выделяют шизофазию («крайняя степень выраженности разорванной речи»), при которой «бессмысленный наб…
… показать весь текст …

Замечено что люди с проблемами собственного мышления склонны к чтению чужой литературы. Не в состоянии формулировать собственное понимание происходящего, они ищут ответы в чужих словах. Подобный формат ещё не исследовался. Тем не менее это одна из форм недоразвития интеллекта.

Материализм — психическое расстройство, выраженное в склонности путать жизнь с наполняющими её мыслями, событиями, чувствами, эмоциями, явлениями и предметами.

Психиатры уверены, что абсолютно все люди душевно больны, но с большим или меньшим успехом стараются симулировать своё психическое здоровье.

Шмон у нас в палате проводится на скорую руку, и уже через пятнадцать минут в четвертой палате крики, там переворачивают матрацы, поднимают больных. У Оли Рваное Ухо находят булку с маком, с полой серединой. После четвертой переходят в третью и пятую одновременно.
— Лен, вы пока яблоки спрячьте, — говорит мне кроткая Лара. — В пакет сложите и в шкаф на плечики, а сверху свою кофту повесьте. Никогда не догадаются посмотреть… Я от детей всегда так прячу.

«Под номером F 63.9. в реестре ВОЗ Любовь отнесена к психическим отклонениям, к пункту „Расстройство привычек и влечений“, после алкоголизма, игромании, токсикомании. Симптомы: навязчивые мысли о другом;резкие перепады настроения;бессонница и т. д. Ученые организации сравнили любовь с обсессивно-компульсивным расстройством. По тому, как человек любит, можно судить о состоянии его психического здоровья. Известный российский врач-психиатр Михаил Виноградов пояснил, что есть любовь, которая охватывает человека до фанатизма. В таком состоянии он действительно может считаться помешанным.»
Аспирин тут не поможет. Только контрастный душ

Жизнь. Психиатрия, как прифронтовой госпиталь, при выписке из которого желают — скорого возвращения!

День откровений переходит в ночь сурка. В «салоне» — наркоши, которые засыпают лишь под утро, во второй надзорке всхлипы и мычания, в сестринской громкоголосое чаепитие с тортами. С потолка «салона» осыпаются кусочки штукатурки, крошечные тусклые плафоны покрыты коричневым налетом никотина, на недавно вымытом полу уже связочки волос, ошметки сигаретных пачек, в палате храпа нет, но четверо надсадно кашляют… Соседка-депресняк, накануне жевавшая банан, шоколад и еще что-то, а неделю назад игравшая без выражения «Лунную сонату», сидит за столом при свете полуперегоревшего ночника. Мечет в рот с двух рук — одна достает из пакета картофельные чипсы, вторая вытягивает из коробки профитроли, одну за другой…

На улицу не пускают, сегодня ко мне никто не придет. Вместо этого с высокой вероятностью лечащий, то бишь наблюдающий, врач, которая опять, черт ее побери, дежурит в субботу, вызовет меня для «разговора по душам». Как не показать ей, в какой астрал я вчера ушла? Не дать прочесть на лице ничего про темно-голубые, уходящие вверх ямы, закручивающие тела в острые зеленые искры? Эдак можно и до комиссии не дотянуть. «Я сошла с ума, какая досада!», как говорила Раневская. Надо позаниматься немецкой грамматикой. А вдруг это тоже признак душевного нездоровья?