Самое святое и самое искреннее, самое чистое и замечательное, что должно быть в нас - любовь к родителям. Они - герои. Цените их. Очень.

Героизм — в умении сражаться, даже когда нет оружия.

О героизме говорят пафосно, хотя проявляется он буднично.

Родиться женщиной-подвиг!
Быть женщиной всю жизнь-величайшее искусство! Оставаться женщиной в любых условиях до конца-героизм!

Люди добрые! Совершайте поступки! Жизнь уходит, а вы ещё не герои!

Чей-то героизм — это почти всегда чьё-то разгильдяйство…

«В сущности, героизм — весьма прискорбное явление. Необходимость в героях и подвигах возникает лишь в критической ситуации, а в девяносто девяти случаях из ста таковые происходят вследствие человеческой глупости или недобросовестности. Почти все герои, которыми восхищается человечество — это герои войны, что естественно, поскольку трудно придумать ситуацию более критическую. И если в воюющей армии много героев, можно не сомневаться, что командует ею идиот. Хорошему генералу герои не нужны… … Когда в мире наконец победит разум и закончится дикость, героев вообще не останется. Они вымрут, как динозавры, — и черт с ними, скатертью дорога».

Сквозь героизм предков часто просвечивает гений современных руководителей мозгами, озабоченных собственным благополучием.

Одним испытание — огонь, вода и медные трубы, другим искушение — огненная вода из медной трубки.

Герой — герой, не потому что он убил дракона, а он убил дракона, потому что он — герой

Овцы считают геройской смерть от от волчьих клыков.

Наивность — причина героизма.

Слова «патриотизм» и «героизм» теряют свой первоначально высокий смысл, если ими намеренно часто прикрывают другие чувства и поступки.

Героизм порою совсем не зрелищный.

Тот, кто взобрался на небоскреб и стоит там на самом краю, — считает себя героем. Те же, кто смотрят на него снизу, — как правило, считают его лишь чудаком.

Я не герой, могу лишь складывать слова в строку, но не кирпич в стенную кладку.

Ничто героическое не может быть обычным, также как ничто обычное не может стать героическим.

Я стою, смотрю в стылый зимний мрак,
Освещает ночь ладожский маяк,
Хоть и нет в душе для тоски причин,
Чудятся порой всполохи в ночи.
Мысли ворошит будто бы в бреду
Караван машин на весеннем льду,
Среди них есть ты — изможденный весь,
Вышедший опять в свой блокадный рейс.

Курс на Ленинград через тонкий лёд
И нельзя назад — можно лишь вперед,
Можно лишь уйти к Богу босиком,
Если по пути трассером в стекло.
… показать весь текст …

Я простая, мирная женщина; дома немножко деспотка: я не хочу удивлять, но только уж если, милый друг мой, если ты выбрал меня, потому что я тебе нужна, потому что тебе не благо одному без меня, так ты пожалуй сюда; вот здесь ищи поэзию и силы, у меня, а не где-нибудь и не в чем-нибудь другом, и тогда у нас будет поэзия без поэта и героизм без Александра Македонского.

Спальный район погрузился во мрак.
В лифте застрял сексуальный маньяк.
Злая лифтёрша на вызов пришла
И монтировкой уроду дала!