Тибетская книга жизни и смерти (Книга жизни и практики умирания)

«Мы жертвы изменчивости нашего ума»

Смерть — факт жизни

Серьёзное размышление о тайном смысле того, что всё преходяще, о том, что действительно скрыто за всем временным и за смертью, ведёт прямо к сути древнего и могучего тибетского учения: введения в сущность «природы ума».

Сознавание природы ума, того, что вы можете назвать нашей самой внутренней сущностью, та истина, которую все мы ищем, является ключом к пониманию жизни и смерти.

Тибетский поэт Миларепа: «Моя религия состоит в том, чтобы жить и умереть без сожалений».

Все величайшие духовные учения мира, включая, конечно, и христианство, проповедовали, что смерть — это не конец.

Каждое учение по-своему изображало будущую жизнь, наполняя нынешнюю священным значением.

Однако, несмотря на эти учения, современное общество в основном является духовной пустыней, и большинство его членов считают, что эта жизнь — единственная, которая есть.

Не имея никакой реальной, настоящей веры в жизнь после смерти, они живут жизнью, лишённой какого-либо высшего смысла.

Я стал осознавать, что разрушительное действие этого отрицания смерти выходит далеко за пределы отдельного человека; оно влияет на всю планету.

Поскольку основной верой современных людей является то, что эта жизнь — единственная, у них нет ответственности за отдалённое будущее.

Поэтому ничто не останавливает их от разграбления этой планеты для достижения краткосрочных целей, от эгоистичного образа жизни, который может оказаться роковым для будущего.

Страх перед смертью и отсутствие знаний о жизни после смерти ведут к уничтожению нашей среды обитания, а значит и нас самих.

Именно поэтому не вызывает ли тревогу то, что людей не учат ни тому, что такое смерть, ни тому, как нужно умирать?

Что им не дают никакой надежды на посмертную жизнь, и что в действительности лежит в основе жизни?

Может ли быть большей иронией, что молодёжь может получить высшее образование по любому предмету, кроме того, который содержит ключ к смыслу всей жизни, и, быть может, к самому нашему выживанию?