Каноны. Верлибры. Проза. Собрание сочинений Карена Джангирова

ТОЧКА (Из книги «ВЕТЕР»)

Я ушел… Это был единственный способ остаться… Хотя бы в памяти.
Малышка еще витала в облаках, не ощущая ветров, окруживших мирок, в котором мы еще были…
Но я, переживший не одну пустыню, уже отчетливо видел, как на еще недавно зеленой листве появляются первые желтые пятна.
Я ушел… И в моем окаменевшем сердце навсегда остановились часы… Но время, живущее вне моего бытия, продолжало свое непрерывное шествие…
Понедельники, вторники, среды…
И прочая мелкая живность… Коп…
… показать весь текст …

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
С далеких времен, прорываясь сквозь толщу дней, летит и летит к нам зеленый ветер… Несущий нам тайну утраченной смерти… И тайну жизни, ушедшей…
В совершенно чужую жизнь…
Но мы его не замечаем… Мы даже о нем не знаем… И лишь иногда ощущаем на лицах… Прикосновение тонкое детства… Как тепло материнских рук.
Как дуновение колыбели. Как небо первого дня… И понимаем с великой тоской и грустью… Как далеко
мы ушли… От будущего.

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Люди уходят… Как ветер, как дождь, как снег… Люди просто уходят, но… От них остаются… Совершенно пустые места… И они… Эти совершенно пустые места…
Продолжают жить своей собственной
жизнью… Любить, расставаться, помнить… Смеяться, грустить, возвращаться… И печалиться о мура-
вьях… За долгие годы человеческого бытия… За целые тысячелетия… За вечность, что слева, и вечность, что справа… Их скопилось так много… Этих
пустующих мест… Что они все больше и больше вытесняют нас в глубь пространства… Уменьшая тем самым… Жизнь.

ДЮНА (Из книги «ВЕТЕР»)

Окружностью неизменно вечерних глаз она ловила пролетающих мимо птиц,
и одна за другой они исчезали в ее зрачках, где находили себе убежище. Я любил эту женщину и был любим, но пришло время и подул ветер, тот самый ветер, который всем любящим назначает время разлуки. И значит -пора уходить. От этой странной любви, от этой безумящей женщины, от вечерящих глаз… И она, понимавшая все до Слова, подошла к открытому настежь окну и застыла на фоне голых деревьев, окружавших наш…
… показать весь текст …

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Пушинка моя ресничная… Стоит тебе шевельнуться… Как вместе с тобой… Движется море, песок, волны… И на душе остается что-то неясное… Что-то
незримое… Без чего уже жить невозможно… Твои руки, берущие Древо моё… Как ветви без листьев…
Как ясный узорный снег… Обжигающий чистотой… Благородством окрашен закат… Над тобой, Любимая…
И мне несказанно больно… Мне очень больно… Убивать эту редкую даль… Но я убиваю… И слышу глазами, как в двери мои… Ломится, ломится Свет.

Из книги «ЕУ»
— К чему? — спросила она, глядя ему в глаза с пустынной и грустной улыбкой. И тогда он понял что это его сестра и ответил с такой же улыбкой:
— Хорошо, малыш, хорошо… Мы просто пройдемся до первого дерева, потрогаем ветер, коснемся дож-
дя, а потом навсегда разойдемся по своим невозможностям.
— Как жаль! — сказала она.
— Конечно! — согласился он — Но ведь всё что ты хочешь и чего не хватает мне… Просто не существует.
Это был город… И более ничего.

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Я стоял у ворот безымянной реки, вытекающей из черепахи… Золотистым потоком превращаемых в воду растений… О, как печальны глаза растений, творящих иную действительность…
Я стоял у ворот, созерцая бурлящий поток… С единственной спичкой в руках… Со спичкой в руках… Со спичкой…
И был абсолютно спокоен. Ибо ведал, что солнце этого дня… Чистое солнце, омытое прожитой жизнью… Зашито оранжевой нитью огня… В мою оди-
нокую спичку.