Каноны. Верлибры. Проза. Собрание сочинений Карена Джангирова

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Один из немногих я помню тот день… Когда зло и добро поменялись местами… Я помню, я видел…
Я видел своими глазами, но мир… Почему-то никак… Совершенно никак… Только на ветке соседнего дерева… Тихо чирикнул… Воробышек.

Гонимое ветром
зеленого, лето
катится де-
ревушками

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
С годами я понял, отчего человек выпадает из настоящего. Ибо самое главное, находясь за пределом
взгляда, остается для нас незримым. Как дыхание камня, лишенное очертаний. И пока мы его не видим…
А мы не видим… Мы не можем уверить себя до конца, что всё это — настоящее. Ибо не можем увидеть… Руками.

СИНУС
Он проснулся и увидел синус. Последний стоял над ним и что-то шептал в глаза. Ему снова захотелось спать и он заснул. Когда же проснулся, то сно-
ва увидел синус.
Ему надоело просыпаться и видеть синус и он решил покинуть кровать. Однако, при первой же попытке подняться не обнаружил ног. Он хотел по
трогать то место, где они были, и уже не обнаружил рук.
В комнату вошла незнакомая девочка с мамой. Маму он тоже не знал. Сволочь — мама. «Кто положил этот кубик на мое одеяло?» — истерично взвизгнула девочка и швырнула его на пол.
А потом прозвенел будильник и он проснулся. И проснувшись, увидел женщину… Стоящую рядом и что-то ему говорящую.
Он посмотрел на нее и понял:
«Женщина — это синус».

Золотая Ослица
становится рядом —
и я воцаряюсь
в женщине

О, эта легкость трав кладбищенских…
Как упоительно и нежно
срезает тяжесть бытия

Россия — это ад,
которым дышит Слово,
Россия — это рай,
которым плачет Бог

Он так любилус этот человекус,
полупапирус, полуполимерус
бродить дождями как осенний вирус
и словно блинус осторожно пере-
вернув ногой какую-нибудь лужу
склоняться к ней и замирая слушать
как умирает нежная волна…
Он так хотел свое земное я
согнав с лица, вогнать в далекий небус
и осознать косинус бытия