Когда на закате, покинув свой домик,
мы взлетали над морем счастливыми птицами
и добирались туда, где царят альбатросы,
они всегда узнавали… Но только ее!
И встречали веселыми длинными криками,
а один, самый шумный и самый стремительный,
пролетал сквозь меня и дарил ей с улыбкой
удивительно круглые нежные звезды —
мне становилось досадно и я начинал…
На что, обхватив мое сердце руками,
она отвечала: «Мой милый, ты просто…
Ты просто еще не родился, а я
давно уже умерла!»

Воспетая птицей,
убитая мной,
становишься жертвой
и Бога и Са-
таны

Увидел тебя
и в сердце упал
рисунок

Корни твоих ладоней
там, где цветет
вода

Как сладко ударить
розу бичом,
сплетенным из ду-
новений

Об-
рывок афиши,
пес-забулдыга,
твой силуэт
у автобуса, дождь…
Это все, что осталось
от музыки

Это все жизнь!
И деревья, и травы.
И моря, и озера.
И букашки, и птицы…
И только ты на земле,
одиноко возвышенный разумом, —
детеныш смерти

Одна и та же печаль
отделяет нас от вчера
и времени динозавров

Странный цветок
вырезает себя
из камня, потом
возвращается вновь
в камень — и мы
так же

Реальность короче
мысли.
Как воздух короче
птиц.

Чем дальше от слов,
тем громче становится
чье-то большое
молчание

Мир завершается
в каждом отдельном
случае

Самое нежное
в женщине — это
ямы

Там, где высокий снег,
дети осенних полей
прячутся от зимы

Корни
высоких
деревьев
не дают умереть
навсегда

Как просто расстаться
с жизнью, когда
становишься больше
жизни

И тогда я узнал,
что ад — совершенное
зеркало

Куда мы идем,
если день ото дня
сужаются воды
морей, а шары
уменьшаются

Как просто стать
не тем, кем был,
о тень свою
споткнувшись

Как
только
твой путь
выпрямляется,
наступает возмездие
ящериц