По сизифовым склонам пыхтя много лет, И с привычной, как вздох, не сходя колеи, Мы, конечно же, будем о чём-то жалеть, Ничего не меняя в своём бытии.
Реет над миром кровавый стяг, Мы — меж военных баз. Жмёт, атакует жестокий враг, Он состоит из нас.
Причитая у намоленных икон, Чтоб каноны сытой жизни не нарушить, Мы боимся поцарапать телефон, Но легко способны ранить чью-то душу.
Не ищи ни любви, ни смерти, Так устроен сей институт, Что в обманчивой круговерти Они сами тебя найдут.
Нас жизни выбор клонит набекрень, Эх, наперёд свою судьбу узнать бы, Ведь деньги, что копил на чёрный день, Вдруг тратишь в день рожденья или свадьбы
«Свет очей моих», «ненаглядная», «Сокол ясный мой», «зорька яркая»… Вот же речь была раньше ладная, Без «котов» и «зай» с зоопарками.
Мне подыскивать слог надоело, Приучил себя жить без стеснений. Один мат — он ведь как «Рафаэлло» — Вместо тысячи слов объяснений.
Когда финальный флаг висит вдали, Не грех понять безпафосно и кротко, Что пешки и цветные короли Вниз головой летят в одну коробку.
Карабкаясь по склонам суеты, И пленники страстей, и благовестники, Несём мы на горбах свои кресты, Но есть и те, кто просто носят крестики…
Вся наша жизнь для нас — причина Для славы в этом мире звонком… Но иногда своей кончиной Мы облегчаем жизнь потомкам.
Однажды событий бушующий шквал Откроет всем суть понятийных подмен, Что сильный — не бьющий людей наповал, А тот, кто поможет подняться с колен.
Жизнь учит толсто устойчивой схеме — Дальних и ближних до колик любя, Не прикасайся руками к проблеме, Если она не коснулась тебя.
Придёт к концу роман твой многотомный, Замедлишь ритм, чтоб не задуть свечу, Наступит день, когда пассаж «а помнишь?» Вдруг станет актуальней, чем «хочу!».
Судьбу на карту ставить учат нас, И крутимся, как кошки за хвостом, Спешим дела закончить мы сейчас, Откладывая жизни на «потом».
Нам библейский пО сердцу мотив Что в завете новом напророчено… Только русский — он всегда учтив Лишь до первой слабенькой пощёчины.
Открывай глаза, проснись и пой! Не стесняйся гнаться за удачей, Мелочь, что смеются над тобой, Дело дрянь, коль над тобою плачут.
Чтоб навсегда закрепить абсолюцию, В свете реформ, наверху проводящихся, Эти слова нужно вбить в конституцию: «По многочисленным просьбам трудящихся»
Состояние нестояния Потому в нашем хлипком сознании, Что привязаны мы практически Лишь к тому, чем владеем физически.
Не мимикрируй с ней под деревенщину, Не строй лицо придурочного пОца, Политика такая, сука, женщина — Твоей руки и без тебя добьётся.
Дефилируя рядами, Хоть одеты, хоть разуты, Привлекательные дамы Отвлекают почему-то.
Демура А мы к ним уже привыкли и не обращаем внимание.
Марина Трошина Вот видите , переживаю за вас .😂✌🏻
Дохтур Gugutцэ князь Беshбармакоff Вы решили опровергнуть саму себя и доказать всем, что тупые эрудиты всё-таки существуют?
Игнат Не волнуйтесь так.
Марина Трошина С точки зрения психологии, равновесие — это не отсутствие внешних воздействий, а способность не впад...
Бекки Вики - однозначно нет, а вот БЭС был составлен специалистами, поэтому информация оттуда заслуживает...
PLutоvkА ну да, как известно, лучшее - враг хорошего)
Василиса Тарасова Они растворяются друг в друге.
Марина Трошина Падать в бездну своих откровений больно, зато потом знаешь, где у неё дно. А те, кто никогда не пада...
Арыстан Тастанов „Они становятся немного родней, чем просто «ты» и «я».“ Прекрасно!
Влад56 Роснаднадзораминадзор надо бы ещё организовать.
Валентина_Захарова Правды ради надо заметить, что Википедия давным давно вторсырьё и считать её первоисточником было бы...
Amor Fati Постигшие бессмысленность печалей Растят цветы и не считают дни... И в тишине без лишних оправдан...
Эрих Мария Ремарк
Пауло Коэльо
Омар Хайям
Уильям Шекспир
Лев Николаевич Толстой
Оскар Уайльд
Игорь Губерман
Марина Цветаева
Эльчин Сафарли
Михаил Жванецкий
понедельник
жизнь
ирония
стихи
юмор
люди
счастье
природа
сердце
стихи со смыслом
женщины
стихи о жизни
абсурд
авангард
время
Арыстан Тастанов
Двенадцать струн
Амалия Сирин Исраилова
Наташа Воронцова
Amor Fati
Миралана
Василиса Тарасова
Валентина_Захарова
Григорьевна
Константин Балухта