Промокнешь — не высушит этот огонь,
Мал или велик.
Не сможет согреть он и каплю воды —
Мал или велик.
Но птицею в небе он может парить,
А может и лодкою по морю плыть…
Любовью все называют его —
И мал, и велик.

Дождю не залить его, этот огонь,
Ветрам его не задуть;
Но может погаснуть он сам по себе —
Об этом не позабудь.
Скорее не пламя, а отблеск звезды,
… показать весь текст …

Вьюга листья на крыльцо намела,
Глупый ворон прилетел под окно
И выкаркивает мне номера
Телефонов, что умолкли давно.

Словно встретились во мгле полюса,
Прозвенели над огнем топоры —
Оживают в тишине голоса
Телефонов довоенной поры.

И внезапно обретая черты,
Шепелявит озорной шепоток:
— Пять-тринадцать-сорок три, это ты?
Ровно в восемь приходи на каток!
… показать весь текст …

Мотор подъехал — чужеземный, фиолетовый — я марку бы назвал,
да забываю постоянно.
В него шатенка голенастая уселась, дверью хлопнула — и всё, и всё,
и только брызги из-под колеса…
Странно! Вы как хотите, мне странно!
Ведь я почти уже любил её за некоторый пафос очертаний, так сказать,
и вообще за выражение лица.

(Когда знакомишься на улице, тирады о погоде не проходят,
устарели как идея.
Предпочитаю для начала выразительный какой-нибудь вопрос
философического свойства,
например:
«Где я…
… показать весь текст …

Ты говоришь, что это звёзды,
но подойди поближе —
всё сразу станет очень просто:
то угли на траве.
Они угаснут на рассвете,
когда роса траву оближет.
Погаснешь ты, как звёзды эти,
забудешь обо мне.

А мне не грустно, мне не больно:
я знаю сладость муки.
Неведомое где-то море
меня с рассветом ждёт.
Извечно свежий ветер странствий
… показать весь текст …

Тонкими мазками, осторожно,
Раздуваю ветер, разгоняю воду.
Я сегодня занят, я художник.
Я рисую город в непогоду.
Я сегодня занят, я художник.
Я рисую город в слякоть и дождь.

Вот эта улица, вот этот дом,
Вот остановка под самым окном.
В сером плаще — это я за углом,
Поздно и холодно. Что ж ты медлишь?

Мокрые антенны задрожали,
Фонари под тяжестью дождя согнулись.
… показать весь текст …

Осень — падают сомненья.
Осень — гнутся мачты сосен.
Осень — близятся решенья —
вот такое время — осень.

Осень — время расставаний,
дом забит и сад заброшен,
и последнее свиданье
лишь с тобой одною, осень.

Осень — север голубее
и слабей дыханье юга.
В ломком золоте аллеи,
где-то тихо зреет вьюга.
… показать весь текст …

«…вспомнился мне рассказ известного писателя Святослава Логинова („внезапного патриарха отечественной фэнтези“), как выступал он недавно перед нынешними школьниками, пытался, в частности, поразить их воображение теми невероятными и нелепыми трудностями, с которыми сталкивался писатель середины 70-х, и неожиданно услышал из рядов недоуменное: „Если было так трудно печататься, что же вы не организовали собственного издательства?..“ Сегодняшний читатель просто представить себе не может, каково было нам, шестидесятникам-семидесятникам, как беспощадно и бездарно давил литературу и культуру вообще всемогущий партийно-государственный пресс, по какому узенькому и хлипкому мосточку приходилось пробираться каждому уважающему себя писателю: шаг вправо — и там поджидает тебя семидесятая (или девяностая) статья УК, суд, лагерь, психушка; в лучшем случае — занесение в черный список и выдворение за пределы литературного процесса лет эдак на десять…»

За дачную округу
Поскачем весело,
За Гатчину и Лугу,
В далёкое село.
Там, головы льняные
Склоняя у огня,
Друзья мои хмельные
Скучают без меня.

Там чаша с жжёнкой спелой
Задышит, горяча,
Там в баньке потемнелой
Затеплится свеча,
И ляжет — снится, что ли? -
… показать весь текст …

Волшебных звуков вечный пленник,
какая музыка внутри.
Стихи — такое преступленье,
что только в рифму говори.
В разлуках жить призванье наше,
летит за тройкой по селу.
Лишь полстиха на свет — Наташа,
и вместо рифмы — поцелуй.

Стихи полны любви и света,
кто объяснит и кто поймет?
Вдруг после Ветхого Завета
такой стремительный полет.
Жизнь потерять совсем не страшно
… показать весь текст …

Шёл я городом знакомым,
и подвоха я не ждал.
Вдруг упали с гастронома
буквы вывески «Кристалл».

Отскочил я, только ахнул
и прикрикнул нервам «Стоп!»
Как внезапно сзади жахнул
об асфальт фонарный столб.

И полезло наважденье
изо всех бесовских сил —
нет спасенья от паденья
душ, предметов и светил.
… показать весь текст …

Стоят ворота, глухие к молящим глазам и
слезам.

Откройся, Сезам!
Я тебя очень прошу — откройся, Сезам!
Ну, что тебе стоит, — ну, откройся,
Сезам!
Знаешь, я отвернусь,
а ты слегка приоткройся, Сезам.
Это я кому говорю — «откройся, Сезам»?
Откройся или я тебя сам открою!
Ну, что ты меня мучаешь, — ну,
откройся, Сезам, Сезам!
У меня к тебе огромная просьба: будь
… показать весь текст …

Вот и прожили мы больше половины.
Как сказал мне старый раб перед таверной:
«Мы, оглядываясь, видим лишь руины».
Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.

Цветы срезаем, ставим в воду,
Не думая порой об этом.
Мы смерть в упор не замечаем,
Любуясь роскошью букета.

Ни боли, ни досады,
Прощаться мне не надо,
Я — вот он весь!
Да, дело и не в этом,
Идем, по всем приметам,
В последний рейс.
Маяк кровавым глазом
Мигнул, забезобразил.
Завыл Норд-Вест.
Качаются постели,
Дешевый крест на теле
И Южный Крест.

Когда рукой усталой
… показать весь текст …

Облетаю, облетаю, и моя надежда тает;
одуванчиком на ветру, от отчаяния я умру.

И по ветру полетят семена моей любви,
семена моих надежд, пёрышки моих утрат.
В чьи-то души упадут семена моей любви,
семена моих надежд сквозь утраты — прорастут.

Будет лето, будет нива. Жните хлеб и будьте живы.
Ничего, что я растаяла — в песнях вам себя оставила.

Умирает и трава, осень — время похорон,
осень — время горевать, но весна всегда права.
Будет без меня апрель небо в синьке полоскать,
… показать весь текст …

Набрел на домик я в лесу,
Глухом, запретном, отдаленном.
Висела кружка на гвозде,
И тихий дым летел в закат,
И три потертых рюкзака
Виднелись в полумраке,
И не было собаки.

И вспомнил я, вдруг вспомнил я,
Что говорили мне друзья.
Нет, не друзья, а кто-то.
В лесу, запретном и глухом,
Однажды был построен дом
Для разных идиотов.
… показать весь текст …

Марк Захарович Шагал
плыл по жизни — не шагал.

Плыл, музеями расхватан,
в сантиметре от асфальта,
плыл березовым листом
над Парижем, над холстом,
и над ним, как старый витязь,
по ночам склонялся Витебск,
где мошки да баньки,
где Мойши да Ваньки,
где звон упокойный
летит с колокольни,
где куры кудахчут
… показать весь текст …

Мимо кладбища едет купец молодой,
теплой пылью дороженьку вымостив.
Колокольчик звенит под дугой золотой:
Видно, Бог к нему всё еще милостив…

Ни тревоги какой, ни беды под рукой,
ни тоски, под колеса подброшенной,
и вокруг как в Раю, да и сам он такой —
не незваный, не лишний — а прошенный.

Ни морщинки пока на счастливом лице,
невдомек ему горечь прощания.
Ждут подарки его на заветном крыльце,
и счастливые ждут обещания.
… показать весь текст …

В сентябре деревья, словно долг в рассрочку,
Отрывают ветру с ветки по листочку.
Кланяются ветру пригоршней монеток,
Чтоб еще подольше постояло лето,
Чтоб еще немножко пеночка попела,
Чтоб еще маленько солнышко погрело.

Но кудлатый ветер, как безумный, дует:
Чем щедрее выкуп, тем лютей воюет.
Как пьянчужка деньги, ветер листья сеет,
А деревья гнутся, бедные, лысеют.

…Лишь одна береза, тонкая, прямая,
Под дождем осенним зелена, как в мае.
… показать весь текст …

О, Боже, благодарствуй! Я в царствии твоем
Свое построил царство и ныне правлю в нем.
Хрупка моя обитель, заботы круглый год.
Я сам себе правитель. Я сам себе народ.

Согласно вечных правил — почет со всех сторон.
Я сам себя поздравил, когда взошел на трон.
Я все награды роздал, я все чины раздал.
Я сам все это создал, я сам это все создал.

Хожу к себе с докладом, воззвания пишу,
Командую парадом и знаменем машу.
О, сладость произвола! о, вольный дух казарм!
Я сам себе крамола, я сам себе жандарм.
… показать весь текст …