Среди красавиц всех времен
Страшнейшим из возможных оскорблений
Считалось — если долго ей никто
Не делал непристойных предложений

Когда к нам денежки с небес
Летят, валясь у изголовья,
То их, конечно, шлет нам бес
Дай Бог и впредь ему здоровья.

Когда, глотая кровь и зубы,
мне доведется покачнуться,
я вас прошу, глаза и губы,
не подвести и улыбнуться.

Секретари и председатели,
директора и заместители —
их как ни шли к е. не матери,
они и там руководители.

Себя от себя я усердно лечу,
живя не спеша и достойно,
я бегаю медленно, тихо кричу
и гневаюсь очень спокойно.

Людей давно уже делю
по слову, тону, жесту, взгляду —
на тех, кому я сам налью,
и тех, с кем рядом пить не сяду!

Три фрукта варятся в компоте, где плещет жизни кутерьма: судьба души, фортуна плоти и приключения ума…

Вновь закат разметался пожаром — это ангел на Божьем дворе жжет охапку дневных наших жалоб. А ночные он жжет на заре.

Звоните поздней ночью мне, друзья,
не бойтесь помешать и разбудить;
кошмарно близок час, когда нельзя
и некуда нам будет позвонить.

Бывает проснешься как птица — крылатой пружиной на взводе! И хочется жить и трудиться… Но к завтраку это проходит!

Я устал, надоели дети,
Бабы, водка и пироги.
Что же держит меня на свете?
Чувство юмора и долги.

Любил я книги, выпивку и женщин.
И большего у бога не просил.
Теперь азарт мой возрастом уменьшен.
Теперь уже на книги нету сил.

Будущее — вкус не портит мне,
мне дрожать за будущее лень;
думать каждый день о черном дне —
значит делать черным каждый день.

Вовлекаясь во множество дел,
Не мечись, как по джунглям ботаник,
Не горюй, что не всюду успел,
Может, ты опоздал на «Титаник».

Пришел я к горестному мнению,
От наблюдений долгих лет:
Вся сволочь склонна к единению,
А все порядочные — нет.

Весной в России жить обидно, весна стервозна и капризна, сошли снега и стало видно, как жутко засрана Отчизна…

И спросит Бог: никем не ставший, зачем ты жил? Что смех твой значит?
— Я утешал друзей уставших — отвечу я. И Бог заплачет

Сегодня исчез во мраке
ещё один, с кем не скучно;
в отличие от собаки
я выл по нему беззвучно.

я без тебя тут стал старее:
тут седина, а там морщины,
сушу носки на батарее —
флаг одиночества мужчины.
смешно, я знаю, даже глупо —
казалось бы, ну да, морщины,
и дошираки вместо супа —
в конечном счёте вкусовщина.

я без тебя себя теряю
в дыму табачном и ютюбе,
в стихах наполненных раздраем,
пока за стенкой двое любят
друг друга искренне и громко.
… показать весь текст …

Доброта — это то, что может услышать глухой и увидеть слепой.