Я тебя понимаю прекрасно,
Не настолько загадочен, брось,
Чуть приближусь, отступишь — опасно,
Нам гораздо спокойнее врозь.
Я и нежность надёжно упрячу,
И с тоской как-нибудь разберусь,
Я ведь всё понимаю. Ты значим,
Но я тоже увлечься боюсь.

В отношениях всегда найдётся за что поблагодарить и попросить прощения.

Где нет выбора, там нет демонов.
Где нет любви там нет и ангелов.

В одном из тихих переулков старого города, где тени прошлых веков прятались за высокими зданиями, стояла девушка с печальными глазами. Она, как и многие другие, шла по жизни, не замечая красоты вокруг себя. Но однажды, в самый неожиданный момент, к ней подошел юноша, полный юношеского задора и смелости.

— Девушка, а можно с Вами познакомиться? — спросил он, стараясь скрыть волнение.

Она обернулась, и, увидев его дерзкий, но искренний взгляд, не могла удержаться от улыбки. Но, вспомнив о правил…
… показать весь текст …

Он целует мои ладони,
А я чувствую боль, бездонней
В мире не было и не будет,
Фарс безумием душу студит.
Мне казалось, влюблённость праздник,
Демон страсти — большой проказник,
Он раскрашивал мир мой в серый,
Он обманщик весьма умелый.
Вместо выси — стальные клети,
А объятья… да лучше б плети !
Откупилась бы, Боже, нечем,
Голос разума молкнет, вечен
Жар неистовства, я пропала.
Он ласкает, а мне всё мало…

Кто слишком много думает тот превращает свою жизнь в комедию, а тот кто много чувствует тот попадает в трагедию. Будет ли жизнь трагедией или комедией зависит от нас самих. Иначе не получается. Представьте свою жизнь без мыслей и чувств. И поймёте что без них и жизни нет.

Слетел с катушек Ипполит,
И во все тяжкие пустился,
Флиртует с дамами, парит,
А дам уже — со счета сбился!
Одной открытку шлёт с котом,
Другой развратные картинки,
Герой наш оплошал в одном,
Не смог добиться Невидимки,
А Невидимка — просто класс,
Умна, задорна и смешлива,
Он фото просит, дама пас,
Да чтоб её! Неторопливо
Пленяет деву Ипполит,
Искрится мощь звенящих фраз …
… показать весь текст …

Больше подсказывать не буду, ты и без меня должен знать, что я есть.

Душе моей свободной и крылатой
Так тесно было в рамках бытия,
Что я с улыбкой легкой, виноватой,
Бежать стремилась в дальние края.
Возможно, там наполнюсь благодатью,
И радость с прежней силой зазвенит,
Но новые места подобно платью,
Не суть меняют, только внешний вид.
Устав метаться, я смирилась с бытом,
А если и летала, то во сне,
Потом прониклась истиной забытой —
В душе сокрыта радость, не извне.

К кому-то мы и в 2 ночи выйдем, а для кого-то и в 9 вечера устали и спать хотим. Просто наблюдайте и делайте выводы.

Терять поклонников кокеткам тяжело,
И чтобы вновь привлечь внимание, с годами
Они становятся завзятыми ханжами.
Их страсть--судить людей. И как суров их суд!
Нет, милосердия они не признают.
На совести чужой выискивают пятна,

Солнце — яркий апельсин,
Небосвод украсит,
И для грусти нет причин,
Этот мир прекрасен!
Нежусь, ласковым лучам
Радуюсь безмерно,
Тосковать по мелочам
Глупо и неверно.

В городе, прошитом музыкой, как лучами,
встретимся однажды, словно не разлучались.
Мысли полетят, как блики в озёрном вальсе,
разговор польётся, точно не обрывался.
Будем говорить в открытую, не тоскуя.
Я ношу внутри невысказанность такую,
словно я гранитной набережной немее.
Знаешь, только ты меня исцелять умеешь.
В городе, звучащем в равных частотах с нами,
небо по весне опять зацветёт дождями,
примется широкой кистью кропить аллеи…
Мне бы только знать, что взгляд твой в ответ теплеет.
В городе, где время знойно, как солнце в камне,
сердце ты моё обеими взял руками.
… показать весь текст …

Тоска твоя прохладна и тиха: в ней кости рыб, древесная труха, отринутая морем чепуха — обломки удивительного хлама, похожего на беспокойный сон. И вёсла, что торчат наискосок, неясно кем воткнутые в песок, оградой служат крохотному храму.

Творения неведомой руки, барашки волн, морские завитки и лёгкие, как рыбьи плавники, резные потемневшие дощечки; они — и соль на стенах и дверях. В открытых окнах — блики янтаря, и сотня лет, потраченная зря, застыла меж молчанием и речью.

Здесь пуст алтарь коралловый и бел, и странник тот, что забредёт к тебе, оставит только думы о судьбе и палочку случайных благовоний, а большего никак не обрести. И я уйду (прости меня, прости) по прежнему опасному пути,

янтарь солёный сжав в своей ладони.

Почему мужчины боятся женщин, таких как я, открытых, по которым сразу видно, на что они способны, но не боятся змей, которые подкрадываются незаметно.

Её счастье не было чем-то хрупким и эфемерным, как легкокрылый синий житель чужих сказок. Оно не жило в клетке ожиданий и не подчинялось чужим законам. Оно было Огненным Фениксом — пламенным, неудержимым, рождающимся снова и снова из самого пепла разочарований, потерь и испытаний.

Каждый раз, когда казалось, что всё кончено, что пламя угасло навсегда, она находила в себе силу заново зажечь огонь. Сначала — слабый уголёк надежды, затем — робкое пламя новой мечты, а потом — мощное зарево, освещающее путь. Её счастье не боялось сгорать, потому что знало: впереди новое рождение, новый смысл, новая высота.

Она не искала покоя, не ждала, что счастье прилетит само и сядет на ладонь. Она создавала его сама, превращая боль в топливо, а падения — в возможность взлететь ещё выше. И каждый новый Феникс, рождаясь из пепла прошлого, был ярче, мудрее и сильнее.

Её счастье не было синим. Оно было огненно-алым, как закат перед новым утром, как жизнь, которая никогда не сдаётся.

пусть страх донимает, как ноющий слабый зуб,
я прыгаю в пропасть — ты ловишь меня внизу,
и рваные судьбы срастаются новой фреской,
шипы обращаются в шелк:
мы вместе, сокровище дней моих, вместе.
отныне
все хорошо.

Коль слишком ласков будешь ты к невежде,
Он станет горделивее, чем прежде.

— Я чувствую оттенок новый, я не могу назвать…
— У тебя чутье какое-то на перемены)
— Я не могу это назвать… нет слов.
—  Вот это я люблю … такие моменты. Попробуй не спешить

Когда достигаешь глубины, у тебя вначале нет слов…

Глаза бирюза, как тихая гавань,
Хранят в себе тайны небесных глубин.
Взгляд — словно вкрадчивый вечер, уставший,
Зовёт отыскать бесконечный рубин.