Баллада о матери
Анастасии Фоминичне Куприяновой — белорусской крестьянке, все пять сыновей которой погибли, защищая родную землю.

Было у матери пять сыновей,
Пять её славных, веселых парней.
Пять ненаглядных улыбок в окне —
Столько в неделю и радостных дней.
Вечно не знала бы горя она,
Если бы в дом не ворвалась война.
И на защиту родимой земли
Встали её сыновья и пошли.
Горек от боли у матери взгляд —
Пять сыновей не вернулись назад.
Памятник вечного горя людей —
… показать весь текст …

Так таинственно и заманчиво
Звёзды светят из бездны небес.

Чутьзаметною тёмною ниткою
На краю земли тянется лес.

На востоке заря занимается,
А на западе — серпик луны…

Так тихонечко мир просыпается…
Не спеша… не спугнув тишины…

Сухарев Дмитрий
Мы ушли от Никитских ворот

Во дворе 110-й московской школы стоит памятник ребятам, не вернувшимся с войны. Говорят, он поставлен на деньги, собранные жителями окрестных домов.
Дмитрий Сухарев

Напротив той церкви,
Где Пушкин венчался,
Мы снова застыли в строю.
Едим, как в то утро,
Глазами начальство,
Не смотрим на школу свою.
Отсюда, из сада,
Мы с песней, как надо,
… показать весь текст …

Когда креста нести нет мочи,
Когда тоски не побороть,
Мы к небесам возводим очи,
Творя молитву дни и ночи,
Чтобы помиловал Господь.

Но если вслед за огорченьем
Нам улыбнется счастье вновь,
Благодарим ли с умиленьем,
От всей души, всем помышленьем
Мы Божью милость и любовь!

К.Р.

Отгремят салюты и парады.
Тем, кто жив, достанутся награды.
Скажут речи громко, с чувством долга,
А потом забудут всех надолго.
Сколько их осталось ветеранов?
Сколько их не стало слишком рано?
И сейчас никто не скажет точно
Сколько судеб разорвало в клочья!
В памяти еще грохочут войны.
Временами это очень больно…

В мае шумно праздник отмечали,
А теперь душа моя в печали…
… показать весь текст …

Сестра моей бабушки с мужем Вальдемаром Леоке пережили блокаду Ленинграда. Вальдемар был шофером на Дороге Жизни с первого до последнего дня. Он так виртуозно водил машину, что ни один снаряд ни разу не задел ее. Конечно же, он не считал, сколько людей вывез по Ладожскому льду из осажденного города и сколько ценнейших грузов -- продуктов и медикаментов -- доставил голодающим ленинградцам. Да и не любил он об этом рассказывать, вспоминая ужас бомбежек по машинам с детьми, когда машины одна за другой уходили под лед…
Много лет спустя он был жестоко избит парнями, воровавшими цветы в его саду, и умер во время операции…

Мы должны жить так, чтобы если все Евангелия будут утеряны, люди могли бы их прочесть по нашим лицам.

Никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе для назидания в вере, дабы оно доставляло благодать слушающим
(Еф.4:29)

На гранитной стеле Пискаревского мемориального кладбища, где покоятся 470 000 ленинградцев, умерших во время Ленинградской блокады и в боях при защите города, были высечены слова

Здесь лежат ленинградцы.
Здесь горожане — мужчины, женщины, дети.
Рядом с ними солдаты-красноармейцы.
Всею жизнью своею
Они защищали тебя, Ленинград,
Колыбель революции.
Их имен благородных мы здесь перечислить не сможем,
Так их много под вечной охраной гранита.
Но знай, внимающий этим камням:
Никто не забыт и ничто не забыто.