Человек. Отче наш, …
Бог. Да?
Человек. Не перебивай меня, я молюсь.
Бог. Но ты ведь позвал Меня.
Человек. Позвал Тебя? Я Тебя не звал, я молился. Отче наш, Сущий на небесах…
Бог. Ну вот, опять ты это сделал.
Человек. Что сделал?
Бог. Позвал Меня, ты сказал: «Отче наш, Сущий на небесах». Вот Я. Что у тебя случилось?
Человек. Но я ничего этим не хотел сказать. Знаешь, так, просто говорил свою ежедневную молитву. Я всегда так молюсь. Чувствую, что это как бы моя обязанность.
Бог. Хорошо. П…
После венчания мы с супругой уехали в свадебное путешествие: я — в Турцию, она — в Швейцарию, и три года жили там в любви и согласии.
Я не боялся казаться смешным. Это не каждый может себе позволить.
— Фрау Марта, я не расслышал: который час?
— Часы пробили 3, барон — 2, стало быть всего 5.
Ну, не меняться же мне из-за каждого идиота?!
— Не насовсем — на время… Стать таким как все…
— Как все? Не летать на ядрах? Не охотиться на мамонтов? Не переписываться с Шекспиром?
Великан Глюм:
— …и так медленно я начал опускаться до уровня сограждан. С головой было сложнее. Но тут помог алкоголь. Ежедневный, трехкратный прием алкоголя — и ты очищаешь свою башку от ненужных знаний и мыслей. За год я с трудом забывал то, что усвоил после академии. За месяц забыл колледж, за неделю гимназию. Философию забыл не то за день, не то за три… уже не помню. Историю в сутки. Эту, как её… ну, в общем, её то я забыл не напрягаясь часа за три
— Дорогу замостили?
— Вчера вечером, уже при свете факелов.
— Вели седлать коней! Отправляюсь в Камелот. Надо спешить — в Камелоте, как и в Перадоре, шутить не любят!
— Да уж какие шутки, когда с утра дорога опять разрыта.
Вы бы лучше поучились у своей бабушки плетению интриг. Ах, как она вязала. До сих пор никто развязать не может.
В двенадцатом веке с одной честью и совестью не проживёшь.
Насколько вы знакомы с теориями порядка в пространстве мироздания?
Вас устраивает формула, что всё, созданное нашим воображением должно где-то существовать во вселенной?
Эту песню недавно сочинил мой придворный музыкант. У него много хороших песен, но они редко соответствуют королевской чести и их запрещают на веки веков.
Ежели ты что хорошее сделаешь с трудом, труд минется, а хорошее останется, а ежели сделаешь что худое с услаждением, услаждение минется, а худое останется.