Написать бы о друге, который уже не друг.
Или просто о доме, который сгорел
до тла.
Написать бы о том, что маршрут мой
— ведомый круг,
где водили меня, а казалось, что я —
вела.
Написать бы о том, что кричат под
окном коты.
И как плачет соседка, которую
бросил муж.
Как меж нами с тобой небеса развели
мосты.
Ты ушел — по песку. Ну, а я — по трясине луж.
… показать весь текст …

Баба Вера была атеисткой. Но больше всего на свете она боялась двух вещей: что Бог поторопится прибрать ее к себе и застанет врасплох в каком-нибудь непотребном виде, или что Он слишком затянет с этим делом, и она станет обузой для окружающих.
Поэтому к встрече с Ним баба Вера стала готовиться загодя. Перво-наперво, едва ей стукнуло семьдесят, она заказала себе гроб. Баба Вера была бабкой суровой и обстоятельной, и на молодых домочадцев в этом вопросе не полагалась:
— Сделаете фанерину какую-ниб…
… показать весь текст …

Одна из древних мудростей гласит:
«Есть то, что мы вернуть уже не в силах —
Четыре вещи» — поясняет манускрипт…
— Всего четыре? (я переспросила).
«То СЛОВО, что уже слетело с уст,
И та СТРЕЛА, расставшись с тетивою,
Вонзившаяся в землю, или в куст…
И ВРЕМЯ, что отмерено судьбою»…
— А что — ещё, (спросила я, тревожно,
Вдруг то, чего не в силах осознать)?
Ответ читаю радостно: «ВОЗМОЖНОСТЬ»…
Клянусь: её не буду упускать!

Я никому не дам отчета
И не сочту своей виной,
Что видели во мне кого-то
Не совпадавшего со мной.

Если женщина никогда не выдыхала мужчине в ухо — «О…боже мой!» — значит, этот мужчина не её бог.

Лучшие афродизиаки для женщины — это слова. Точка G находится в ухе. A те, кто ищут ее ниже, теряют время.

Ложь — сродни океану: не видно конца и края.
Я прошу лишь того, что обещано как итог.
Чтоб предатель, шептавший: «Умру без тебя, родная», —
Наконец-то сдержал своё слово — пошел и сдох.

..многие думают, что если я им не отвечаю — мне нечего сказать… я не отвечаю лишь только потому, что не о чем говорить… или незачем… как хорошо, что меня давно покинуло желание объяснять свою точку зрения… прояснять свою позицию… ушла боязнь быть не так понятой… ведь никто и никогда не поймет твоей печали так, как переживаешь ее ты… поэтому, когда мне плохо — я начинаю молчать… мне проще запереть боль в себе… не причинив вреда другому… и плевать, что она медленно жрёт меня изнутри…

Если день был не ваш, всегда можно смело присвоить себе вечер.

Ни стыда, ни совести… Вообще ничего лишнего…