МаРейнеке

Бабуля, старенькая такая, у перекрёстка: голова подёргивается, руки трясутся, голосок дребезжит:
— Молодой человек, вы мне не поможете на ту сторону перейти?
— Конечно, бабушка! Вот сейчас только зелёный свет загорится…
— Зелёный… На зелёный, милок, я и сама могу!

… и овевает ветер нощи мои упружистые мощи…)))))))))

Шедевр рекламы: «Я — упругая сарделька! Мною быстро овладей-ка!».

Самое балдежное, что может сказать женщина мужчине после бурного, жаркого, изощренного секса: 'Не смотри на меня, я же голая!'))))

Северная Корея: Мы начинаем священную войну! Уничтожим проклятых угнетателей и вся Корея станет единой!
Южная Корея: О как!
Северная Корея: А еще мы уничтожим США — это гнездо прогнившего империализма! Ракеты уже наведены на цели!
США: Да ладно?
Северная Корея: Но первой целью будет продажная и подлая Япония! Она сгорит в ядерном пламени!
Япония: Ну-ну.
Северная Корея: В конце концов, ну дайте же хоть что-нибудь пожрать…
Южная Корея, США, Япония (хором): Вооооот!

Слово «астая» Моршанцев придумал еще в школе для обозначения женщин, обладающих избытком форм. Грудастая, задастая, щекастая — все это вмешалось в одно емкое слово.

— Зачем коту усы?
— Ну, не с бородой же ему ходить?

Они жили долго и счастливо и умерли в один день…

Заезжено, не так ли? Настолько заезжено, что сразу же встают перед глазами прекрасный Принц и не менее прекрасная Принцесса, положительные герои детских сказок. Умерли в один день многие, возьмите хоть Тристана с Изольдой, хоть Ромео с Джульеттой, но требовалось еще и прожить вместе долго и счастливо. В этих трех словах «вместе», «долго» и «счастливо» и кроется главная закавыка. Прожить вместе недолго и счастливо — удается многим, а вот чем дальше в лес, тем больше пеньков, о которые так и тянет споткнуться.

На дежурство надо было выходить только послезавтра, поэтому можно было надраться в хлам, что Исаев и сделал к огромному неудовольствию жены, которую он не стал посвящать в причины внезапного своего пьянства. Только разволнуется да разворчится. Жена Люся, несмотря на молодой тридцатилетний возраст, была исключительно ворчливой. Наследственность. Теща в свои шестьдесят два ворчала даже во сне. Люся пока спала молча, но, когда не спала, по любому, даже самому незначительному поводу, могла завестись на весь день.

— Мне кажется, что ты меня не любишь.
— Не говори глупости. Я всех не люблю.