Юрий Татаркин

Мне нравиться бродить в полях.
А вот в леса и хлебом не заманишь —
в лесах дремучих можно заблудиться.
И за грибами регулярно в поле выхожу.
Хожу, но нет — грибы опять не уродились.
Зато вокруг на километры видно,
и не окажешься чёрт знает где.

Умные мысли в моей голове не выживают — глупые мысли их быстро толпой затаптывают.

Как-то некрасиво получается. Собака, выходит, — друг человека, а тот ей — владелец и хозяин. С хомяками, кстати, та же фигня.

Есть у меня одна смелая теория. Причём, настолько смелая, что обнародовать её боюсь. Сам-то я — не из смельчаков.

Между будущим и прошлым перекинут шаткий мостик — настоящее. Так и болтаемся на этом хлипком сооружении, пока в резерв ни переведут.

С трудом, но вспоминаю, как в детстве пешком под стол ходил. А там — темно и страшно. И зачем, спрашивается, ходить по таким неприятным маршрутам?

В тишине всегда охота заорать. Чтобы знала тишина, кого бояться.

Не бойся показаться смешным. Пусть над тобой смеются. А когда смех стихнет, возьми и громко засмейся последним. И получится, что все, кроме тебя, смеялись нехорошо.

Если долго и пристально всматриваться в бездну, то обязательно разглядишь дно. А если бездна начнёт вглядываться в тебя, то вовремя показанная ей фига, быстро отобьёт всякую охоту всматриваться.

Каждый человек заслуживает, чтобы его уважали. Заслуживает, заслуживает, но порой так до уважения и не дослуживается.