В теме утра вечного мыслю человечно я.
О плохом не думая…
О плохом — ни-ни!
Рифма в строки просится, чешет переносицу…
Морща лоб и губы мне…
Опыляя дни.
Это ли не истинно? Что ни утро — исповедь.
А потом — накатанной
Колобком — как все.
По дорожке сотканной за родными окнами…
Дай то, бог, не падая!
Дай то, бог, к весне.
Хорошо напутствие, что-то да и сбудется.
Может, даже лучшее
Мистическая история. Все имена и совпадения случайны.
Я ищу твоё имя в истлевших газетах,
В архивных делах, формулярах запретных,
В обрывках, клочках, в реестрах, анкетах:
Маргарита… Матильда… Атталия… Гретта…
Зачем ворошить и разыскивать где‑то
Это странное, злое и пыльное лето?
Элиза… Розалия… Фрида… Брегета…
Я давно уже стар, но всегда скрупулёзен —
Память стала тоской, стали жемчугом слёзы.
Жил в забвеньи всю жизнь, эту тайну храня,
Столько лет унеслось с того самого дня!
Рефрен "Память стала тоской, стали жемчугом слёзы" нарисовал совершенно иную историю чем в #2209816 : "Рыбы пали на дно, стали жемчугом слёзы". Это не недостаток воображения или слов. Для меня эти тексты - части одной истории, несмотря на стилистические и жанровые отличия.