Арсений Сибагатов

— Если мне суждено умереть завтра, я не буду сожалеть. Я действительно сделал все, что мог.

— Когда ты поднялся на вершину, единственный путь-это вниз, и это самое сложное.

— Я не из тех, кто затаивает злобу. В самый момент предательства я чувствую себя так, будто меня ударили ножом в спину, и, конечно, моя первая реакция: «Я убью этого ублюдка!» Но это проходит. Я заставляю себя справиться с этим чувством. Я не задерживаюсь на нём. Оно того не стоит. Меня много предавали, но я стискивал зубы, прикусывал язык и говорил: «Да пошли они!»

— Идти вперед, пусть медленно, но к вершине!

— Я не хочу стать какой-нибудь там звездой, я стану легендой.

Не страна, а дурдом нас зомбируют ночью,
Зомбируют днём, детский сад, где все вещи
Вверх дном. Где на троне сидит,
В маске клоуна гном.

Узурпаторов план — нас доить, как коров
Вечно править меняясь местами
Им не нужен народ, нужно больше рабов
Перед ними, чтобы мы пресмыкались.

Всех, кто против, в тюрьму, а лучше в гробу
Запереть, и чтобы не жужжали
Людям буквой закона, ломают судьбу
Забыв про завета скрижали.

— Я узнал от тибетских монахов, что три самые страшные вещи, которые могут произойти с человеком-это красота, слава и богатство.

Наибольшая моя проблема в том, что я не способен глубоко любить. Поэтому в отношениях с женщинами я всегда использую длинный бамбуковый шест с кожаной петлей на конце. Я набрасываю эту петлю на шею так, чтобы они не могли уйти или подойти слишком близко. Это похоже на ловлю змей.

— Она мне очень нравилась. Её радость, её улыбка: она была как лучик солнца, она передавала счастье.

— Мне интересно жить. Интересно разговаривать с таксистом, проституткой, которая сидит в этом баре, гулять, смотреть на лица. В магазины заходить, смотреть хорошее кино, читать хорошую литературу, потому что везде-везде-везде есть то, что тебя радует.