Джангир

Смысл не в самом смысле, а в том, какой смысл мы придаем смыслу.

Если у вас никто умных на жалует, значит, все вы дураки. Но, такого не бывает, чтобы все были либо дураками, либо умными, бывает так что умных больше, нежели дураков. Тогда это правильный народ. Ежели в стране больше дураков, то это неправильный или дурной народ. Да, бывают такие периоды у народа, когда он дуреет, но, как правило, ненадолго.

Я вот все думаю, как не обидеть своего оппонента в дискуссии и прихожу лишь к единственному выводу: надо прикинуться, что с ним согласен. Однако это порождает лишь лицемерие, что еще хуже. Да, надо открыто заявлять о своем несогласии, но при этом уметь быть убедительным, что редко удается — не потому, что ты не способен на это, а потому что твой оппонент, как правило, слаб, еще не дорос. Так вот, если ты чувствуешь, что твой оппонент слаб, лучше с ним не дискуссировать, сославшись на неосведомленность.

— Не умная мысль трогает простых людей, а…
— А та, что трогает людские сердца? Та, что берет за душу?
— Да, именно. Вот, почему Библия столь популярна среди верующих… Да и не только верующих! Вот, почему именитые писатели обращались к библейским сюжетам. Вот почему…
-И так далее, и так далее, и так далее…

Лишь редкие заслуживают нашей искренности.

Выводы по опросу

Вчера ночью на свое канале «Аудиотека всемирной литературы» я начал опрос на тему «Почему редкие читают „Война и мир“ Толстого?»

292 голоса

а) Средняя школа убивает интерес к классике — 35%
б) Большинство предпочитает легкое, остросюжетное чтиво — 35%
в) «Война и мир» скучный роман — 16%
г) В романе читателей раздражают множество французских фраз — 14%

И вот что вышло.

За вариант (А) проголосовало 35%, то есть, из 292 проголосовавших 102 человека считают, что «Средняя школ…
… показать весь текст …

— У набожных родителей дети становятся воинствующими атеистами. Однако у него, как я думаю, атеизм был таким же иносказательным как и его рассказы.
— А у него не спросишь, к сожалению.
— Он, по его собственному признанию, свою веру «растерял», но о религии тоже размышлял довольно много. «Вы можете перечитать десятки томов Гончарова, Тургенева, Писемского и не наткнуться ни на одну страницу разговора о Боге, вере, бессмертии, — писал А. А. Измайлов. —Он в этом смысле бесконечно ближе к Толстому и…
… показать весь текст …

Вот такие мы перфекционисты от искусства — люди внутренне беспокойные, зацикленные на совершенстве своего творчества, а значит, легко ранимые. И даже если среди мириад положительных отзывов на наше дело отыщется хотя бы один негативный, он обязательно пронзит наше и без того хрупкое сердце. Ну, а недоброжелатели (сейчас их кличут хейтерами) — это следствие успеха, признание таланта, зиждущегося на глиняных ногах, ибо сегодня артист может быть в фаворе, а завтра его будут топтать ногами, обливать грязью и вспоминать, что он де когда-то не то сказал, не то сделал, не так пукнул. Но время все ненужное и лишнее сотрет, оставив лишь то, что должно остаться — неизгладимый след в истории искусства или литературы.

На смену пассионариям, как правило, приходят посредственности и, как правило, критикующие первых, вместо того, что у них учиться. Вероятно, это объясняется банальной завистью, неблагодарностью и комплексом неполноценности. Что вторые после себя оставят, понятно, что ничего, кроме презрения к ним. А пассионарии сейчас среди народа, поддерживают его и словом и делом. Но народ пока их не слышит. Но они не винят народ за это, зная, что всему свое время.

Человек, дабы ощутить себя значимой личностью в обществе, должен обладать не только личными достижениями, но и быть профессионально востребованным, получая также при этом коллективную признательность. Это — одно из проявлений не только самореализации, но и счастья, которого так жаждет каждый из разумных существ.
Как раз-таки мерилом личных достижений и служат две составляющие — востребованность и признание: востребованность, как правило, выражается в денежной форме, тогда как признание — симпатиями общества. Редкая личность достигает двух мерил. Ну, а если это так, то мы имеет дело со счастливчиком, к которому так и хочется прикоснуться, дабы и себе отхватить кусочек счастья.