Джангир

Современный великий переворот в русской монетской системе, вследствие которого вместо ассигнаций серебро сделалось мерилом ценности вещей, — и волею просвещенного и благодетельного правительства прекращено и навсегда уничтожено злоупотребление лажа, — составляет предмет брошюрки г. Демидова. Причиною возвышения лажа было возвышение ценности ассигнаций, курс которых, в отношении к ценности серебра, мог и возвышаться, и упадать. Упадок их продолжался до 1814 и 1815 годов; но с того времени, когда заграничный курс стал поправляться, так что от 8 р. на 100 лаж возвысился в последнее время до 25 с лишком на 100, и, бог знает, до какой бы степени дошло это мечтательное наращение, если бы правительство не решилось пресечь зло одним разом.

Мы все начинаем с «наивного реализма», т. е. с учения, согласно которому все вещи представляют собой именно то, что мы видим. Мы думаем, что трава зеленая, камни твердые, а снег холодный. Но физика уверяет нас, что зелень травы, твердость камня и холодный снег не являются той зеленью, твердостью или тем холодом, с которыми мы знакомы по собственному опыту, а чем-то весьма отличным. Наблюдатель, когда ему кажется, что он видит камень, на самом деле, если верить физике, наблюдает эффекты, связанные с воздействием на него камня. Таким образом, мы видим, что наука воюет сама с собой: стремясь изо всех сил быть объективной, она против своей воли оказывается погруженной в субъективизм. Наивный реализм приводит к физике, а физика, если она верна, показывает, что наивный реализм ложен. Таким образом, если наивный реализм истинен, то он ложен. Следовательно, он ложен.

В чем смысл жизни? Самого смысла нет, но есть наше отношение к жизни, выраженное тем или иным смыслом. Например, для женщины смысл жизни — рожать, а чтобы рожать, надо быть здоровой, а чтобы быть здоровой, надо правильно питаться. Так что, пища — это частное в том, что для женщины является смыслом.
Итак, смысл не в самом предмете или явлении, скажем, как жизнь, а в нашем отношении к ней. Вне нашего отношения к предмету нет и самого смысла, вернее, теряется смысл. Смысл как понятие вообще есть изобретение воспалённого драмой жизни разума.

Рыбалка рыбака рыбою радует.

Гляжу я на некоторых типов и думаю: «Баля, из средневековья можно вытащить человека, поселив его в современной квартире с горячей и холодной водой, с санузлом, с евроремонтом, и с прочими современными причиндалами, но вытащить из него средневековье, баля, вот, никак невозможно!».
Так и получается, что поп в рясе более современен, нежели его прихожанине, до сих пор верящие в сказки о Святой Троице.

Есть люди, вернее, женщины, которых пугает просторечие или, если не пугает, то вводит их в ступор. Мне попадались такие, к несчастью. Как правило, с ними в постели сложно: они хотят женского счастья, в смысле, получать оргазм, в смысле, половое удовольствие, но по своей природе они не склонны к этому. Их задача — выродить хотя бы одного ребенка, даже без любви, и все! Так сказать, выполнить свой материнский долг. Но и матери они тоже никакие. Их не по любви заделанные чады также не способны на любовь, даже к своим горе-матерям, ибо последние лишены материнской нежности.
Так вот, такие вот нелюбивые женщины, если услышат такие слова как то: целка, молофья и в том же роде, теряют сознание — это в лучшем случае, или окрысиваются, или шипят как змеи. Однако я заметил, любимое их ругательство это слово «мудак». То есть, тоже, так сказать, не без греха…

Цель — мель, моль — боль.

Опасно привыкать к полному холодильнику в этом нестабильном мире.

Человек, заглянув внутрь себя, начинает понимать: более худшего создания в мире нет.

Самое дорогое-то мы, как правило, и не ценим, - наше здоровье.