под старой школьною березой,
под старой школьною сосной
с какой-нибудь избитой прозой
какой-нибудь хмельной весной
в гробах, обтянутых атласом,
под взглядом чёрных физруков
нас похоронят класс за классом —
детей с телами стариков.
и, бросив грёбанную сменку,
взлетев со школьного двора,
на бесконечной переменке
мы крикнем страшное «ура!»