Lilu Lee

И если жажда моя
Однажды
И будет взвешена
Перед
Давно умершим
Телом,
его свиноподобным демоном,
Так быть ей,
неутолимой,
быть — горечью
самого белого
в этой пустыне
песка —
до морской
… показать весь текст …

Им же и в смерти не откроется, что важно не то, против чего ты, а то, ЗА что ты.

Муравьев больше, чем львов, и, в конечном итоге, они доедают львиные туши. Доедают с долеи насекомои гордости — такои хищник великии был, а они такие ничтожные, такие ничтожные, а съели, ура — еще грациеи, силои и смелостью стало меньше! Такие вот обычные люди — трусливая храбрость с отдушинкои падали.

Вообще вся история крестовых походов показывает, какое зло разные мнения.
Мнение должно быть одно.
Подавляющее.
Потому что разные мнения людей разъединяют.
Не в спорах рождается истина — в деле.
Спорят одни обезьяны, у которых и мнения нет.

Тяжела жизнь высокодуховного человека, что ни день — то страдание. От бедности страдаешь, от содержания страдаешь, от революций страдаешь, великомученик-то вы наш. Главное, действовать не начать, а то действие-то не высокодуховно. Не дай бог с чердака выберетесь.

Искренность — самая большая сила.

Это у нас с тобой может быть коммунизм. Ты, я и Штази — коммунизм уже шатается, а вот между тобой, мной и мирно похрапывающей сиреной Дженни, какой тут на х… р коммунизм? Люди на него не способны.

Лети слово,
но не голубем белым —
орлом венценосным,
орлом с черными,
острыми
перьями,
с перьями —
нет острей,
чтоб даже ветер
и тот —
резался.

Ай, девочка из Аллотонги,
С азалией в жирных своих волосах
Бока твои, что колонны,
Столь же прямы и бестомны —
Зря
Ты не ушла в монашки,
Бог, видишь ли,
Все прощает каждой.

Ах этот великолепный дар ненужных людей —
заниматься чем-то абсолютнейше бесполезным, чтоб не заниматься ничем.